Весталка

Модераторы
  • Число публикаций

    2 687
  • Регистрация

  • Последнее посещение

Репутация

341 Продвинутый

О Весталка

  • Звание
    Семьянин
  • День рождения 04.09.1981

Контакты

Информация

  • Имя
    Катерина
  • Пол
    женский
  • Где живёт
    Belarus

Недавние посетители профиля

998 просмотров профиля
  1. И наконец я подошла к самому главному - ответу на вопрос, с которого все начиналось. С пяти до семи лет у ребенка пик иррациональных страхов (хорошо развитое воображение способствует), а также экзистенциальных страхов (страх смерти, потери). Конечно, я здесь говорю о каком-то среднем показателе. В этот период стартуют практически все детские неврозы (тики, заикания, фобии, особая группа F93 "Эмоциональные расстройства, начало которых специфично для детского возраста": страх разлуки и пр.). Все же отмечу, что конкретно эта фобия больше характерна для детей, воспитывающихся в семьях (так как во многом стартует благодаря чрезмерной тревожности значимого взрослого). У детей, воспитываемых в спец. учреждениях очень часто проявляется другими расстройствами, соматическими заболеваниями и т.д. "Буквально одного эпизода жестокого обращения в этом возрасте для чувствительного, душевно тонкого ребенка может хватить, чтобы последствия сказывались годами. Один раз пригрозили отдать в детский дом. И через много лет взрослый, а то и немолодой уже человек обливается слезами в кабинете психолога, с болью и кровью вытаскивая из души эту занозу. Собственно, все классические труды по психотерапии написаны на примерах неврозов, взявших начало в событиях этих лет" (Л. Петрановская "Тайная опора: привязанность в жизни ребенка"). А здесь еще проведу параллель с детьми, которых не жалели так часто, как детей в семье, которых не утешали по каждому поводу, не показывали значимость их чувств, и они привыкли просто прятать их. Со временем закрылись. У них высокий риск вырастания людьми с высоким уровнем алекситимии и низким уровнем эмпатийности. И то, и другое сопряжено с высоким риском развития психосоматических заболеваний. неврозом, депрессиями и т.д. У Страшенбаума Г.В. мне нравится выражение, которое очень четко отображает этот момент: "Депрессия: куда капают невидимые миру слезы" (Г.В. Старшенбаум "Психосоматика и психотерапия"). Выше я постаралась ответить (хотя бы в самых общих чертах), почему нельзя что-то говорить ребенку; почему, если мы это говорим, оно не наносит травмы; когда травма может быть нанесена; всегда ли она сразу заметна; имеет ли детская травма влияние на взрослую жизнь. Отдельно напишу еще такую мысль, если дети, которые так хорошо принимают правила игры под угрозой страха отдачи в детский дом, растут спокойными, хорошо успевающими детьми в школе, социализированными и т.д., то каких успехов можно было бы добиться в воспитании конкретно этих же детей, но применяя другой подход... Просто мне очень сложно принять то, что неоднократно травмируемые дети вырастают настолько беспроблемными во многих аспектах. Посему, повторюсь, здесь в любом случае много осталось за рамками известного нам. И хочется верить, что осталось много как раз того, что говорит в пользу очень хорошего климата в семье.
  2. В обычных семьях приблизительно к возрасту трех лет дети начинают понимать то, что их желания не всегда будут исполняться, что их воля может быть ограничена волей других людей. Примерно к этому возрасту (если идти к академическим основам психологии, кому интересно почитать, то это Ж. Пиаже о развитии операционального интеллекта) аутистический тип мышления сменяется эгоцентрическим. Здесь важно сделать акцент, аутистический тип мышления не есть тип мышления ребенка-аутиста. Это просто мышление, присущее ребенку с рождения до 3 лет, которое характеризуется тем, что все поведение подчинено принципу удовольствия (исполнения его желаний). Три года, "кризис негативизма". Кричи не кричи, но это мама не разрешит. А есть то, что разрешат. А есть то, что в зависимости от ситуации. К трем годам ребенок начинает улавливать эти моменты и учится жить в мире с пониманием того, что есть мое хочу и не только мамино нельзя, но и мамино хочу. В этот же период идет проверка на прочность мамы, ее терпения и самой привязанности между ними. Период с 3 до 7 лет - у ребенка продолжается становление этого принципа соотнесения: удовольствия и реальности. Какой договор может быть воспринят в возрасте 5 или 6 лет? Этот договор может быть воспринят лишь как угроза наказания. И о каком базовом доверии к миру мы можем говорить в такой ситуации. с 7 до 12 лет - происходит вытеснения эгоцентрического типа мышления, его замена социализированным. В иных классификациях психологии мышления это называется реалистическим мышлением. В этот период можно пытаться говорить на уровне договора "права-обязанности", но дабы он был воспринят, между взрослым и ребенком должна быть сформирована определенная иерархия. Готовность ребенка слушаться определяется не нотациями и поучениями, не наказаниями и призами, а качеством привязанности. (Л. Петрановская). Здесь же снова отсылаю тех, кому интересна данная тема, еще и к книгам Ю.Б. Гиппенрейтер. Раз уж подняла эту тему, сразу напишу, что советуют делать психологи в этот период (кризис негативизма). Конфликтовать с ребенком качественно. Не выходя из роли взрослого (не запугивая, не обижаясь) - взрослый и сильный вы. Он ребенок. Капризный, вредный, сложный или еще какой... он ребенок! Он, кстати, очень часто и не виноват-то в своих капризах (здесь уже надо говорить о лимбической системе и пр.). И обязательно восстанавливать отношения, показывая, что никакой конфликт, ссора не могут разрушить ваши отношения.
  3. Я немного вас поправлю, как это было бы лучше. "Я со своей стороны буду стараться, чтобы у нас получилась семья, но и тебе нудно будет стараться. Потому что наша семья находится под особым наблюдением специальных служб, потому что государство о тебе заботится (прим: не потому, что мы приемная семья и т.д. И потому что мы все очень хотим, чтобы ты росла в самых лучших для тебя условиях. И мне очень хочется справиться, и чтобы у нас получилось. Данная фраза значительно лучше с точки зрения того, что угроза прерывания связи не исходит от мамы. И здесь минимизирован уровень тревоги (мама - за меня, она своя, мир - не против нашей семьи). P.s. Дети разные. Но чтобы такой разговор был возможен и принят, требуется уже достаточно прочно сформированная привязанность и доверие.
  4. Выделю в отдельное сообщение (а потом допишу сообщение выше). Уважаемые родители, приемные или которые только хотят ими стать, есть очень важный аспект, о котором не всегда говорят на этапе подготовки (он зачастую носит формальный характер). Я говорю о психологической готовности. 1) Отдельной группой риска являются родители, которые пережили утрату и, пытаясь справиться с горем, стремятся быстрее взять другого ребенка. Это фаза отрицания, будто можно одно заменить другим, и все вернется, будет, как прежде. А этого не происходит. Приемный ребенок растет, и все больше становится заметно, что он другой. И это становится очень больно, это ранит каждый день. Он начинает раздражать и так далее. Это очень болезненный период и для родителей, и для приемного ребенка. 2) И еще хотелось отметить одну вещь: любовь (такая вот безусловная, которая формируется при рождении своего ребенка) может и не возникнуть (да-да, но это так), посему важно чтобы было, прежде всего, принятие. Этот человечек, которого родители решают принять в семью, он такой, со своими плюсами, минусами, и его надо принимать. Он может не соответствовать вашим ожиданиям. 3) Это сложно. И вам придется столкнуться со многими трудностями, и хорошо, если у вас будет возможность получать необходимую помощь и поддержку, но лучше знать об этих сложностях заранее, чем потом возвращать детей обратно. 4) Возврат возможен. И да, этого хочется избежать всем, и родителям, и детям и психологам, но это тоже случается. И здесь я опять-таки хотела бы вернуться к пункту 3 (наличие профессиональной помощи существенно снижает риски возврата). Я не очень хорошо владею данным вопросом, так как он не входит в сферу моих проф. интересов, но поскольку соприкасаюсь с психологией и детско-родительских отношений, то могу порекомендовать книги для чтения, форум, блог, адрес, по которому вы сможете получить помощь, фамилии специалистов, если кому-то необходимо.
  5. Я неоднократно мысленно возвращаюсь к этой теме... Да-да, все так (писала выше) - травма привязанности, кредит доверия, почему неправильно пугать ребенка тем, что отдашь его той тете или дяде милиционеру, и почему (вместе с тем) у детей не формируется сильная травма от этих слов (при отсутствии других располагающих факторов). Просто любовь, привязанность сильнее конфликта. И ели мама сейчас сердится, ругается, она же потом и утешает, и даже если в конкретно этот раз мама не утешила, ребенок все равно знает, что мама любит, потому что она - его, а он - ее. Это то, что есть, это данность, просто на основании одного того факта, что она его родила (если нет какого-то стрессового фактора. который препятствует формированию этой привязанности - например, мама тяжело болела после родов, ребенок был надолго оторван от мамы, разлучен с мамой после рождения и пр. И даже это все не говорит о том, что привязанность не сформируется - нет, конечно). Когда мама любит, когда ребенок уверен в маме, когда он, еще настолько маленький, что не может выражать свои потребности словами, просто кричит, и в ответ на крик приходит значимый взрослый. Значимый взрослый - это еще одно психологическое понятие в данной аспекте. Когда нет мамы, таким значимым взрослым является бабушка, тетя или даже приемная мама, если ребенок был усыновлен в очень раннем возрасте. Если усыновление происходит в более позднем возрасте - ребенок уже имеет травму привязанности. Сейчас поясню про значимость в этом аспекте. Имеется в виду не тот, кто много значит, кого уважают, слушаются, а тот, без кого выживание в этом мире невозможно, т.е., если угодно, "биотический раздражитель", пользуясь терминологией классификации Леонтьева (в метафорическим смысле). Чтобы ребенку выжить в этом мире - надо быть чьим-то. (Человеческие дети - самые недоношенный в сравнении с другими детенышами млекопитающих (наша плата за прямохождение - с биологической, эволюционной и антропологической точки зрения)). "Привязанность - витальная потребность, уровень значимости - максимальный. Без нее не живут". (Л. Петрановская "Тайная опора"). Позже уже у ребенка начнет включаться "механизм следования" за значимым взрослым и т.д. Это период раннего детства. Период становления собственных границ - я и окружающий мир. Что происходит с ребенком в детском доме? "У ребенка в семье в самого рождения есть много чего своего, начиная со своего тела. Как мы понимаем, что наше тело принадлежит нам? Например, когда ребенок совсем маленький и приходит соседка и пытается за щечку потрепать, а ребенок уворачивается. У ребенка в учреждении нет даже границ своего тела, его в любой момент могут взять, отвезти на медосмотр, что-то с ним сделать, даже пеленание происходит не так, как нужно ребенку, а как пришло в голову одной нянечке, а потом другой. Конечно же, нет никаких своих вещей, нет своего пространства, нет возможности уединиться. В результате ребенок растет без ощущения границ себя, а это как раз то, что создает большинство проблем для взрослых. Но если вы поймете, что он лезет к вам на голову не потому, что хочет вам навредить, а он просто не знает, где заканчивается он и начинаетесь вы." (Катерина Демина, вебинар по теме "Взаимная адаптация ребенка и семьи"). У ребенка в семье формируется очень важное понятие: "Я есть - и это хорошо". Это основа базового доверия к миру. Мама и папа, близкие люди отзеркаливают его эмоции и показывают свои (помогают в формировании эмпатии) и закладывают основы важного и крайне необходимому чувству, которое в психологии получило название "базовое чувство доверия к миру". И я снова обращусь к книге Людмилы Петрановской (скажу честно, я специально достала с полки эту книгу и нашла эти места, дабы процитировать их): "Есть версии, что именно сложности с базовым доверием лежат в основе некоторых депрессий, зависимостей и др. Потому что, к сожалению, далеко не всем детям везет в начале жизни купаться в позитивном отзеркаливании. Если родители держатся холодно, отстраненно, слишком переутомлена, - базовое доверие может не сложиться". И вдруг такой ребенок попадает в семью. Он уже травмирован, у него нет своего (только своего) значимого взрослого, безусловного механизма следования. кредита доверия и т.д. Я продолжу чуть дальше.
  6. Танюш, возможно, потому что в этой семье также были и спонтанная радость, и ласка, и прочее. Я также не исключаю, что когда Настя была замечена, отчитывающей Лену, что мама ее отдаст обратно, то Насте стало неловко (она уже к тому моменту была вполне взрослая девушка), и она просто преподнесла ситуацию таким образом, сделав акцент на том, что это мама говорит так. А мама, может, просто в порыве сказала именно так. А потом подошла, погладила по голове и объяснила, милая моя, пойми, я для тебя сделаю все, просто я устала и т.д. И когда мама отвечала на заданный вопрос, то вполне могла просто постараться скорее его закончить. Не все люди готовы говорить. Иным комфортнее - быстрее закончить разговор. Я не отрицаю, что у девочек могло быть не все гладко, о чем школа могла просто не знать, или что, напротив, отношения в семье были значительно теплее, чем может показаться из слов Насти или ее мамы.
  7. @Пума Марковна Это цитата Людмилы Петрановской, я ее очень люблю как специалиста вообще, а также она как раз занимается вопросами приемных детей, приемных родителей, педагогическими и психологическими аспектами в паре приемный ребенок-приемный родитель. И не только. Вот в той ее цитате есть важное словосочетание - "кредит доверия", Я уже писала выше. Пока родная мама поступает не очень педагогично, пугая ребенка какими-то вещами, это как бы... ну, просто не очень педагогично, но может быть эффективно и т.п., и для ребенка не травматично. Потому что он на подсознательном уровне знает - этого не будет. А даже, если кажется, что будет, если мама уже почти взяла за руку и направилась в сторону "той тети", то эта мама же потом, когда накал страстей утихнет, и десять раз скажет что никогда бы этого не сделала или как-то еще будет заглаживать свою "вину" - дабы восстановить кредит доверия. Делать это мама будет не в силу знания основ детской психологии, а в силу того материнского чутья, которое у нее есть. У детей из детского дома этого нет. И чтобы это возникло - необходима очень долгая работа. Поэтому я данную фразу читаю не с осуждением, а скорее с пониманием того, что в реальности не было именно так, как пересказала Настя. Была более глубокая и проработанная ситуация. А вот то, что выделила как еще один очень важный, правильный аспект, это обращение мамы к детям - "мне необходимо то-то и то-то", "я вас люблю и все для вас сделаю, но мне хочется отдохнуть" или пр. Активное слушание ребенка (на эту тему можно многое у Юлии Борисовны Гиппенрейтер почитать) и трансляция ребенку своих чувств - очень важные моменты. Юлия Борисовна также пишет о необходимости показывать и свою радость, и свое огорчение. То есть не "ты лентяй, уроки не выучил, вечно все нужно маме деать", а скорее так "меня очень расстроило, что ты не выучил уроки. Важно помнить о внимании, которое так нужно приемному ребенку. Не зря же он долгие годы мечтал о маме и семейном тепле! «Часто приемный ребенок хочет, чтобы родитель сидел рядом – без него он якобы не справляется. Но дело не в этом. Просто ребенок боится потерять внимание родителя. Он голодный в этом смысле – он недополучил родительской любви раньше. Пусть мама кричит или она недовольна, но она сидит рядом, и это важно для такого ребенка»,(Петрановская). Поэтому читая о том, что девочки благополучны, не имели проблем в школе с одноклассниками, учителями, проблем с учебой и т.д., то понимаю, что между одной фразой, которую сказала Настя и тем, что реально было в их семье - очень-очень большая дорога.
  8. Аня, ты права. Я вспомнила случай. В рамках одного мероприятия нам задали вопрос. "Что должно быть самое главное для вас?" И мы, конечно, принялись перечислять - дети, семья, родные, личностное развитие и т.д. Списки такие немаленькие составили. А потом нам задали следующий вопрос: "А где вы сами? Вот просто вы". А нас самих в том списке не было. И это большая ошибка. На первом месте должен быть сам для того, чтобы мог быть хорошей мамой, женой, специалистом и пр. Конечно, речь не идет о частностях, когда ребенку нужна помощь именно сейчас, или ребенок заболел и пр. Безусловно, в эти моменты ты можешь не поспать, не поесть. Или отдать ребенку последний кусок хлеба, если дома пусто и т.д. Я говорю о ситуациях обычной жизни. Когда у всех свои роли, привычный быт и т.д. И речь здесь не об эгоцентризме. А о том важном аспекте - как рассчитывать свой ресурс для того, чтобы суметь быть самым лучшим родителем для своего ребенка. Здесь такая психологическая хитрость, конечно, сдвиг мотива на цель (на самом деле мы понимаем, что главное и для чего важно беречь себя). Но когда я говорю своему ребенку - не шуми, я хочу отдохнуть, он или примет, или не примет (и тогда я снова буду пытаться объяснить, достучаться, сформировать понимание и т.д.) И другое дело, когда я говорю ребенку, который не может чувствовать себя "безусловно принимаемым мамой", потому что он ее, что отдам его обратно - это чревато причинением существенного дискомфорта для ребенка. ______________________ Повторюсь применительно к этой истории. Думаю, что ситуация значительно глубже. И оценку мы сейчас все равно не дадим, потому как это все равно фраза из контекста. А общее состояние (успеваемость, поведение и т.д.) ребенка (по рассказу) позволяет заключить, что ребенок растет в благополучной среде.
  9. В данной истории есть один важный аспект - мама успешна, она может многое дать детям (особенно, учитывая, что это приемные дети, которые находились прежде в специализированном гос. учреждении для детей-сирот), и вот этот момент уже несколько меняет наше восприятие. Но вот ровно та же история, только мама работает, устает, но не имеет такой успешности на работе, не может дать детям столько всего, живет от зарплаты до зарплаты, попутно одалживая у друзей, знакомых, вся на нервах и пр. Времени, сил заниматься детьми не будет, одинокая, загнанная женщина. Тут же где-то и группа риска по аддиктивности (алкоголизм, в частности) и пр. И те же самые слова - будете себя плохо вести/не уберете квартиру (потому как кто-то же должен помогать следить за чистотой: в первом случае мама может нанять помощницу по хозяйству, во втором - на это средств нет, сил тоже), сдам обратно. Дети те же самые. В первом случае мы оправдаем мамины слова. Во втором скажем, зачем брать на себя непосильную ношу и травмировать детей. Да, в первом случае травма меньше, так как есть общий комфорт, а это способно маскировать и нейтрализовать какие-то недостатки. Следующий момент. Это звучит со стороны достаточно просто. Я им просто дала правила, они приняли. В жизни так не происходит. Особенно с такими детьми. Не исключаю, что была работа с психологом, что детьми занималась не только мама и пр. Вот это: очень правильно. Мама сказала о своих чувствах к ребенку и о своих потребностях. А вот после этого у девочки должна была закрепиться определенная неуверенность. Либо она не верит маминым словам, и ситуация повторяется и доходит уже до какой-то критической точки, что формирует травму. Либо это уже не 5-летний ребенок, а взрослый человек (со взрослым пониманием и крепкой психикой... а мы знаем, что девочка была в детдоме, там изначально все дети с травмой). Петрановская называет это "травмой привязанности". В психоанализе это называют провалом на оральной фазе или т.д. Я к чему. Думаю, что ситуация значительно глубже. И очень многое за рамками школы. Вот, посмотрите, к примеру, когда ребенка пугают тем, что "будешь кричать - отдам вон той тете", или "дяде милиционеру", или "бабайке". Все знают, да, не педагогично. Между тем, дети не вырастают после этих слов на всю жизнь травмированными. Просто они знают - это мои (мама, папа, бабушка и т.д.). Я - их. Они могут ругаться на меня и пр., но подсознательно ребенок понимает - это мои. У него сформирована привязанность. Если родители постоянно будут пугать таким образом ребенка, а также давать ему иную почву для сомнений в том, что он "свой", а семья у них "наша", то этот ребенок будет искать или подтверждений любви, или закрываться от мира, не веря кому-то (ведь даже если своим я не нужен, кому я нужен вообще) и т.д. У ребенка начнет развиваться невроз, неуверенность в себе и пр. Будет травма привязанности. Кстати, если это не проявляется в детском возрасте (маскируется под "тихий, послушный ребенок" (прим: есть действительно тихие дети, я говорю о том, когда ребенок замыкается в себе под воздействием ситуации), то часто всплывает во взрослом. А тут дети, у которых уже есть эта травма. И чтобы они вот так вот приняли эту фразу как правило "маме просто надо отдохнуть", должен быть достаточно большой путь по формированию доверия, привязанности и т.д. в этой семье. Я просто думаю, что эта история со стороны могла выглядеть так, но в жизни мама с девочками прошли достаточно большой и достаточно не легкий путь.
  10. Закрыто по решению модератора. Но у нас много других, открытых для обсуждения тем, гдже ждут ваших откликов. Приятного общения!
  11. Улыбается) Счастливый, от ветврача едет.
  12. @матренка Нет, не предлагали. Я только сейчас, прочитав, подумала, что присмотрюсь к такому варианту, если что. Спасибо!!!
  13. @матренка Думаю, что дотянете, Мариш). Уже не очень долго осталось. Сама пока не знаю, как будем. Наш очень активный и изворотливый... удержит ли воротник? У соседей собаку не спас - заново сшивали швы. Нам проще - я дома много сейчас нахожусь, смогу присматривать. А первые три дня мы с мужем уже согласовали, чтобы кто-то был все время рядом.
  14. И мы сегодня своего шпица кастрировали (без недели 8 месяцев). Крипторхизм правосторонний. Чуть усложнилась технически операция, но не сильно. Как врач сказал, иной раз так распахать можно брюшную полость в поисках.. У нас обошлось. Два разреза в разных местах - один там, где положено, другой в стороне. Сейчас осваивается в воротнике. Он у нас парень гиперактивный, норовит снять, только глаз да глаз за ним. Заодно два клыка удалили молочных (пока под наркозом был). Коренные выросли, а эти не выпали. Не редкая проблема у шпицев и мелких пород собак. Теперь антибиотик поедем колоть через три дня, обрабатывать перекисью или др. спирт. раствором швы дома все дни, носка воротник.
  15. @Абсолютная добродетель Вы правильно делаете. И в тех рекомендациях @Gonzik речь по сути об этом же - не избегать, а проживать (отвлекаться во время приступа, "продышать" атаку). Избегать - это ограничивать своё жизненное пространство, отказываясь от интересных мероприятий, потому что страшно ехать в метро или потому что вдруг мне станет там плохо, а как же это будет выглядеть... да у меня и не очень получается (страх уже диктует сознанию). Или страх менять работу, потому что новый коллектив, или собеседования, или командировки... просто кошмар, как это вынести. Поехать в общественном транспорте, а вдруг опять настигнет паническая атака? Нет, пешком. Дольше, но полезнее. Или лучше вообще не ехать. Надо купить что-то, ой, какая очередь, я не выстою (а вдруг мне станет плохо, а вдруг СРК) и прочее. Все. Жизненное пространство ограничено. Круг интересов тоже. Все диктуется ощущением безопасности, лишь бы не испытать нового приступа. Беда в том, что не метро или другой фактор изначально запускают эту реакцию. Проблема в том, что сейчас становится плохо в одних обстоятельствах - завтра может стать в других. То, о чем вы написали, это и есть не избегание. Вы преодолеваете, не обращаете внимание. В общем, вы стараетесь разорвать цепочку стимул - реакция: ситуация - паника. Меняете свои мысли и поведение. Повторюсь, речь не идёт о проживании атаки в плане фиксации и осознания всех сенсорных ощущений в этот момент.