Jump to content
Откровения. Форум "Моей Семьи"

Стоун-хендж

Our own people
  • Content count

    1013
  • Joined

  • Last visited

Community Reputation

4263 Обычный

4 Followers

About Стоун-хендж

  • Rank
    Семьянин
  • Birthday 06/04/82

Контакты

  • Сайт
    http://
  • ICQ
    0

Информация

  • Name
    Юлия
  • Sex
    женский
  • Residency
    На даче с собаками.

Recent Profile Visitors

1441 profile views
  1. Рыжая бестия носилась по дому, сметая всё на своём пути, будто гонялась за кем-то, невидимым человеческому глазу. Заморачиваться с именем не стали, назвали кота просто — Васькой. Васька был хорошим котом: несмотря на взбалмошный характер, ласкуша был ещё тот. Ребята его очень любили. У Васьки было излюбленное место — чердак. Впрочем, Сенька тоже любил там находиться. Миша предпочитал находиться в своей комнате. Мальчишки подросли. С Мишки, как ни странно, сняли все показатели по болезни и, соответственно, отпала необходимость в домашнем обучении. И уже с этого года Михаилу нужно будет ездить в ближайшую сельскую школу в третий класс. Сеньку же в этом году ждал первый звонок. Лена мальчиков обожала. К её счастью, случаи, когда Сеня проявлял свои способности, сошли на нет. По крайней мере, так считала Лена. Больше никаких призраков и проклятых кукол в их жизни не появлялось, чему Лена несказанно радовалась. На днях позвонил бывший муж и предложил на выходные куда-нибудь смотаться всем вместе. И Лена, и Миша это предложение приняли с восторгом, Семён же не проявил особого энтузиазма. — Ну, дорогой, — увещевала Лена сына, не желающего ехать с ними, — ну как я тебя оставлю? Получается, мы своей семьёй уезжаем, а тебя бросаем одного. — Мам Лен, ну пожалуйста, я лучше у тёти Ани побуду, с Андреем на рыбалку схожу, да и вообще, мне дома лучше. Лена смотрела на сына. Она не знала, все ли бывшие детдомовские дети такие или это конкретно Семён был такой. Мальчик не стремился к обществу. Нет, он вовсе его не чурался и порой с деревенской ребятнёй носился так, что домой не загонишь, но если была возможность увильнуть от толпы, Сенька делал это с превеликим удовольствием! — Мам, ну что ты, правда, — встрял в разговор Миша, — ну не хочет Сенька, так оставь его дома. Мы и уезжаем-то на три дня. Тем более что он и Андрея уже уговорил. Они в эту субботу должны идти на рыбалку. — Ну, не знаю, в свете последних событий, — произнесла Лена и погрустнела. А события имели место быть! И очень неприятные.Уже несколько дней деревня стояла на ушах. Полиция приезжала часто. Спасатели прочёсывали лес. У семьи Ивановых пропал сын. Мальчонке было четыре года. Игрался на заднем дворе, мать в окно кухни периодически поглядывала за маленьким Игорьком. Отвернулась на секунду, чтобы бросить в раковину грязную посуду со стола, а, когда опять обернулась к окну, Игорька уже не увидела. Вытерла руки и вышла на двор. Двор был пуст. —Игорюша! — позвала мать, сын не отозвался. Обойдя все закутки, где бы мог спрятаться ребёнок, и не найдя его, женщина забила тревогу. Сначала бегали по деревне вдвоём с мужем, заглядывая в колодцы и во все лазы, в которые смог бы пролезть маленький ребёнок. Спустя три часа уже соседи осматривали свои владения с пристрастием. Вдруг малыш ненароком в чей сарай забрался и выйти не может? К вечеру в деревне была полиция с собаками. Сильный, матёрый овчар взял след сразу от калитки на заднем дворе. Хрипя и натягивая поводок, он тянул своего человека к лесу. Подбежав к самой кромке зарослей, пёс остановился. Он крутился на месте, словно заведённый; было видно: пёс потерял след. В довершение ко всему, вбежав в лес, он резко ощерил оскал и, подняв шерсть на загривке дыбом, резко рванул прочь оттуда. — Первый раз такое вижу, — задумчиво произнёс молодой полицейский, с удивлением смотря на своего пса. Впереди была бессонная ночь. Мужчины с деревни и приехавшие спасатели намеревались прочёсывать ночной лес с фонарями… —Я пойду и спрошу у Ани, согласится ли она приютить тебя на пару дней, — сказала Лена и вышла из дома. Спустя полчаса, вернувшись, женщина вошла в комнату мальчиков и грустно вздохнула. — Что случилось, мам Лен? — поинтересовался Семён. — Пока разговаривала с Аней, к нам подошёл полицейский. Спрашивал, не видели ли мы в деревне кого-то подозрительного. Игорька так и не нашли, вот они и опрашивают всех жителей. Семён нахмурился. Маленького Игорька они знали. Он хоть и не по возрасту был, чтоб играть со старшими, но его мама часто приходила с ним на детскую площадку, где собиралась вся деревенская ребятня. — Ах да, Сенечка, — продолжила мать, — тётя Аня с удовольствием приютит тебя на пару дней. Если, конечно, ты ещё не передумал и не решил поехать с нами. — Нет, мам, я останусь дома. Спасибо, что не заставляешь меня ехать. Лена подошла к сыну и, чмокнув его в соломенную макушку, вышла из комнаты. Утро субботы началось с беготни. Лена и Миша, собрав наконец-то все нужные вещи, погрузили их в машину к Сергею. Спустя пять минут, глядя в окно глазами, полными слёз, и размахивая рукой, Лена отъезжала от дома. — Заходи, дорогой, гостем будешь! — шутливо и с акцентом произнесла Анна и, приобняв Сеньку за плечи, ввела в свой дом. К вечеру Андрей, сын Анны, предложил матери самому пойти к Сеньке домой и вдвоём с ним переночевать там пару дней. —Отдохну хоть от вас, — нарочито безразлично произнёс сын. — Тем более я сегодня обещал мальцу отвести его к вечернему клёву. Радости Семёна не было предела от такого предложения. Увидев вспыхнувшие ликованием глаза мальчика, Анна разрешила.Единственным условием было периодическое присутствие за семейной трапезой. Андрей и Семён вошли в дом. — Свобода? — с улыбкой подмигивая, обратился он к мальчику. — Свобода! — радостно завопил Сенька и унёсся к себе в комнату. Вечером, собрав все снасти и придя на реку, ребята примостились на бережке. Спокойно у речки, кузнечики стрекочут, пчёлы жужжат. — А у нас домовой на чердаке живёт, — вдруг выпалил Сенька, — настоящий. — Ну, я думаю, домовой есть в каждом доме, — решил поддержать разговор Андрей. — Правда? — одновременно и обрадовался, и удивился Сеня. — А ты его видел? Как выглядит ваш? — Да нет, — рассмеялся Андрей, — это я образно! Просто так говорят, что почти в каждом доме живёт домовой. — А-а-а, — вроде как погрустнел Семён. — Я думал, что ты тоже видел. Нашего-то не только я вижу. — Да ну! — удивился Андрей. — А кто же ещё? Мама или Мишка? — Не-е, — улыбнулся мальчик, — наш кот, Васька. Он всегда с ним на чердаке играет. — А как он выглядит? — решил включиться в игру Андрей. — Он маленький, чуть выше колена, — стал рассказывать Сеня, — одет в смешную мягкую курточку и маленькие лапоточки. Я такие в мультике видел, про Кузьку который, — рассмеялся мальчик. — А ещё он просит, чтоб я его дедушкой называл. — Сень, — серьёзно спросил юноша, — ты сейчас ведь ни капельки не шутишь? Андрей был в курсе способностей Семёна, но только по рассказам матери. Сам с ними не сталкивался и, мягко говоря, не очень-то верил. — Не шучу, — серьёзно ответил Семён. — Ты мне не веришь? — Понимаешь, Сень, конечно же, я тебе верю, но я же взрослый человек, поэтому должен к любой информации относиться серьёзно. — Ясно, — ответил Сенька. — Значит, не веришь. Разубеждать мальчика в обратном Андрей не стал. Ну, в конце концов, фантазия имеет место быть, но потакать ей он тоже не собирался. Впрочем, Семён не обиделся, и остаток вечера, проведённый за ловлей рыбы, прошёл в дружеской обстановке. Каждый раз, вытаскивая из воды маленького окушка, Сенька заливисто смеялся, а потом очень серьёзно наблюдал, как Андрей помогает ему снять рыбу с крючкатак, чтобы у рыбки была возможность уплыть обратно. Сенька отпускал всю пойманную рыбу; он был очень добрым малым и всякую живую душу, пусть и бестолковой рыбы, всегда пытался сохранить. Вернувшись домой уже затемно, ребята попили чаю и разошлись по комнатам. Сенька ушёл к себе, а Андрей остался спать в гостиной у телевизора. Ночью он проснулся от звука голоса. Где-то разговаривал Сенька. На часах показывало три часа ночи. Молодой человек осторожно встал с дивана и вышел в коридор. Разговор доносился с чердака. Поднявшись по ступенькам, он высунул голову в лаз. Там, в ночных сумерках, перед окном стоял Сенька и смотрел на лес. — Эй, — тихо позвал Андрей, — ты чего здесь один? — Я не один, — повернувшись и ничуть не испугавшись неожиданного появления молодого человека, ответил Сеня. — Я с дедушкой. Андрей поднялся на чердак. Подойдя к Сеньке, он положил ему руку на плечо. — Чего ты там увидел? — спросил он. — Дедушка говорит, что маленький Игорёк там, — ответил мальчик и указал пальцем в лес. Андрей уставился на чернеющую полосу деревьев, и по спине почему-то пробежали мурашки. — Опять ты со своим дедушкой, — вздохнув, сказал Андрей. — Почему ты мне не веришь? — спросил Сеня. — Может, потому что взрослый, — ответил Андрей. — Мама Лена тоже взрослая, но она мне верит. Андрей присел перед Семёном на корточки и посмотрел прямо в лицо. — Ну, так что ещё тебе рассказал дедушка? — спросил он, сам не зная почему. — Дедушка сказал, что хозяин леса забрал Игорька. — А зачем? — не понял Андрей. — Сказал, что из леса что-то забрали, а он взамен забрал Игорька. По спине парня снова забегали мурашки. — Да ну тебя, Сенька! — всердцах воскликнул Андрей. — Насмотрелся ужастиков в интернете, вот и придумываешь. А ну-ка быстро спать! Семён пошёл к лесенке, а Андрей так и остался стоять у окна, задумчиво глядя на чернеющую полосу леса. Проснувшись утром и умывшись, они отправились в дом к Анне, чтобы позавтракать. — Какие новости? — бодро спросил Андрей, обращаясь к матери. — Хороших нет, — грустно ответила та. — Игорька так и не нашли. Сегодня уже третий день, спасатели сказали, что шансов всё меньше. Мать Игорька ходит, как привидение. Вчера опять с собаками приезжали, и опять ничего. Псы словно боятся леса, рвутся оттуда, скулят. Господи, как страшно, — подытожила Анна и замолчала. Андрей посмотрел на Сеньку. Тот понуро копался ложкой в каше. «Может, мальчишка прав, — подумал он. — Ну ведь узнал же Сенька откуда-то про куклу Софьи. Хотя весь лес прочесали спасатели и, если бы малыш там был, его бы нашли». Мысли потоком лились в голове Андрея, но поднимать эту тему при матери он не стал. Весь день Сенька носился с ребятами по деревне. Андрей же, надев сапоги, побрёл к лесу. У самой кромки он остановился. «Чего я там хочу увидеть? — думал он. — Если профессионалы не нашли малыша, что могу я?» Но всё же непонятное чувство заставило парня войти в лес. Пока он бродил меж деревьев, его не покидало ощущение, что за ним кто-то наблюдает. Присев на поваленное дерево, Андрей закурил, вертя в руках зажигалку, он вглядывался в густоту леса. Докурив, сунул зажигалку в карман и, побродив ещё немного, пошёл домой. Подходя к деревне, Андрей встретил соседа, который направлялся к реке. — О, Андрюха, — радостно воскликнул тот, — собрался порыбачить, всё взял, а спички дома забыл, прикурить нечем, а возвращаться не хочется. У тебя не найдётся огонька? — Конечно, дядь Володь, — ответил парень и полез в карман за зажигалкой. Но там её не оказалось. — Вот чёрт, видимо, в лесу обронил. Прости, дядь Володь, вот я растяпа. — Ну и ладно, — махнул рукой сосед, — придётся вернуться. К вечеру, нагулявшись и поужинав у тёти Ани, ребята пошли в дом Сеньки.Усевшись перед телевизором, они беседовали ни о чём, как вдруг на чердаке что-то грохнуло.Сенька не повёл и ухом, Андрей напрягся, но виду не показал. Спустя полчаса Семён отправился к себе в комнату играть в конструктор. Дождавшись, когда дверь за мальчиком закроется, молодой человек направился к лестнице на чердак. Поднявшись, Андрей подошёл к окну. Он смотрел на лес, ещё пока одетый в пурпур закатных лучей солнца. Слова Сеньки не давали ему покоя. «Самым страшным будет, если мальчик окажется прав, — думал он. — Но что я могу? Если пойти в полицию и передать слова Сеньки, меня поднимут на смех, скажут, что пересмотрел триллеров». Из раздумий его вывел шум. Резко обернувшись, молодой человек увидел мелькнувшую тень. Волосы на голове зашевелились. В углу что-то блеснуло. Подойдя, Андрей наклонился. Под ногами лежала его зажигалка, которую он потерял в лесу. Положив её в карман, молодой человек спустился с чердака и вошёл в комнату Семёна. — Сень, — начал он, — ну вот раз уж твой домовой сказал, что Игорёк в лесу, почему его собаки найти не могут?! — Дедушка говорил, что хозяин леса их путает. Он их пугает и в лес не пускает. «Определённый резон в словах мальчика есть, — думал Андрей. — Ну, а как ещё объяснить, что собаки в лесу ведут себя странно?» — Хорошо. Если он говорит, что из леса что-то забрали, как понять, что именно? — продолжал спрашивать парень. — Этого дедушка не сказал, — пожал плечами Сенька. — Он вообще говорил, что хозяин леса домовых не любит и они могут только на краешек заглянуть. «На краешке он мою зажигалку и нашёл», — подумал Андрей, но вслух говорить не стал. Поговорив ещё чуть-чуть, решили ложиться спать. Утро пошло по старому плану и, позавтракав, Сенька убежал гулять на улицу к ребятам, Андрей же пошёл помогать матери с огородом. Подошло время обеда. Собравшись за столом, болтали о деревенских новостях, и Анна вдруг обмолвилась: — Андрей, ты слышал, что Николай Иванович несколько дней назад лисёнка в лесу поймал и домой привёз? — Нет, — ответил сын. — А зачем он ему? Анна замолчала и опустила глаза. Этот жест не укрылся от внимания Сеньки. — Мам, я не пойму, зачем ему лисёнок? — спросил Андрей. — Сынок, давай потом с тобой об этом поговорим, — спохватилась Анна, глядя на Семёна. — Он плохой человек, — вдруг встрял в разговор Сенька. — Злой. И лисёнка он хочет собакам отдать, — на глазах мальчика заблестели слёзы. — В смысле собакам? — не понял Андрей. — На притравку, что ли? При этих словах Сенька вскочил из-за стола и выбежал из кухни. — Ведь говорила мне Ленка, что Семён может мысли читать, — охнула Анна. — А всё ты, Андрюшка! Зачем, почему… Сказала же, потом поговорим! — А я-то чего? — возмутился Андрей. — Сама разговор про зверька начала, а я виноват. — Начала с дуру, — махнула рукой Анна. — Забыла, как Сенька к животным относится. И ведь правду учуял. Николай Иванович действительно на притравку лисёнка хочет отдать. И не жалко же! Какие же есть люди жестокие, — произнесла Анна и начала собирать посуду со стола. Мать ещё что-то говорила о нехороших поступках, о злых людях, только Андрей её уже не слушал. В голове сложился пазл. «Из леса взяли, а он взамен забрал Игорька, — вспомнились парню слова Сеньки. — Вот оно, то, что из леса забрали, — билась в голове мысль. — Но что теперь с этим делать?» Андрей, поблагодарив мать за обед, вышел из кухни и пошёл искать Семёна. Долго искать не пришлось. Сенька сидел в своём излюбленном месте, на чердаке. Подойдя к мальчику ближе, Андрей присел перед ним на кукурочки. Лицо Сеньки было заплаканным. — Ну! — начал Андрей. — Не реви! Давай лучше придумаем, как зверушку спасти. Знаешь, о чём я подумал… — Знаю, — прервал его Сенька. — Это из-за лисёнка Игорёк в лесу оказался. «Да уж, способности у парня однозначно есть», — подумал Андрей, видя, что Семён мыслит в туже сторону, что и он сам. — Ну так что делать-то? Твой домовой тебе не подсказал? — спросил Андрей. — Нет, — ответил Семён. — Теперь мы сами справимся! — серьёзно произнёс он. Ближе к ночи всё было готово. Ящик, одеяло и фонарь лежали у крыльца. Позади домов, в ночной тишине, крался Андрей к дому охотника Николая Ивановича. Мужик был крутого нрава, и встречаться с ним Андрею не хотелось, а уж объяснить, зачем ему понадобился лисёнок и почему он должен его отнести обратно в лес, тем более не представлялось возможным. Во-первых, мужик его просто поднимет на смех. А во-вторых, ещё и по голове настучит за то, что на чужую территорию залез. В общем, вариантов не было: или молчком, как воришка, или вообще никак. Первый вариант и выбрали. Сенька должен был ждать Андрея на крыльце у дома, сам же Андрей полз по траве к дому охотника, дабы остаться незамеченным. Вот уже и заветный забор показался. Прижавшись к нему спиной, парень затих и прислушался. Дом спал, его обитатели тоже. Одним прыжком преодолев забор, Андрей пополз к сараю. Почему-то он думал, что именно там охотник должен закрыть лисёнка. Осознание ужаса и глупости своего поступка парень осознал буквально через минуту, когда откуда-то сбоку раздалось недружелюбное рычание. Андрей медленно повернул голову на звук и, зажмурив глаза, понял, что сейчас случится непоправимое. Буквально в метре от него стоял Алтай, верный пёс охотника. «Дурак, дурак! — проносилось в голове Андрея. — Ну как я мог забыть о собаке?» Алтай низко наклонил голову и, продолжая рычать, сделал шаг в сторону Андрея. Сердце буквально ушло в пятки. «В лучшем случае он залает и выскочит Николай Иванович, в худшем завтра утром тут найдут мой труп», — соображал Андрей. Паника потихоньку прокрадывалась в каждую клеточку организма, как вдруг он заметил, что от забора отделилась маленькая тень и пошла в их сторону. Ужас сковал мозг. «Сенька. Это Сенька, — судорожно соображал Андрей. — Сейчас собака бросится на ребёнка». Молодой человек резко встал, готовый принять на себя агрессию собаки. Он уже хотел заорать в надежде, что хозяин пса выскочит и успеет подозвать его до того, как он накинется на Сеньку, но крик застыл в горле. Алтай игриво взвизгнул и, виляя хвостом, побежал к ребёнку. Раздались тихий смех и Сенькино бормотание. Андрей пошёл в сторону мальчика. Собака валялась на спине, подставив пузо ребёнку, а тот лохматил его жёсткую, прямую шерсть и радостно бормотал: —Алташка, какой ты хороший, ласковый. От случившегося Андрей пребывал в шоке. Такая разительная перемена в собаке была уму не постижима. — Ты почему меня ослушался? — зашептал Андрей, обращаясь к Семёну. — Ты должен был меня ждать у крыльца! — грозным шёпотом шипел он. Ответить Сенька не успел. На заднем дворе дома зажёгся свет, в окне показалось лицо Николая Ивановича. Через секунду дверь распахнулась и мужчина вышел на улицу. — Так! Я не понял, — пробасил он, — вы чего здесь делаете? Андрей и Сенька молчали. — Алтай! — рявкнул хозяин, видя, что собака, вместо того чтобы подать голос о чужих на участке, ползает перед ними на брюхе. — Вы тут вообще все охренели?! — орал разгневанный охотник. — Да я вас… Дальнейшее Андрей понимал плохо. Всё вокруг словно замерло, в уши будто вставили ватные тампоны. Движения стали долгими и тягучими, крик мужчины превратился в ленивую разноголосую массу. Мимо него неторопливо, словно плывя по воздуху, прошёл Семён. Мальчик направлялся к Николаю Ивановичу. Подойдя, он взял его за руку. Гримаса гнева на лице мужчины так же чертовски медленно переходила в маску недоумения. Отчего-то Андрей вспомнил фильм «Матрица», где, уклоняясь от пуль, герой фильма видел мир вокруг в таком же замедленном действии. Меж тем Сенька взял мужчину за обе руки и молча уставился ему в глаза. Николай Иванович, не отрывая взгляда, тоже смотрел на мальчика. Спустя пару минут мир вокруг начал приходить в действие, и Андрей уже более осмысленно и гораздо быстрее стал воспринимать действительность. Он услышал, как Семён, не переставая смотреть на охотника, о чём-то с ним говорил. Николай Иванович вполне спокойно ему отвечал, и тогда мальчик выпустил руки мужчины из своих рук. И снова вокруг затрещали цикады, сверчки голосили из травы и где-то в конце деревни наперебой лаяли собаки. Николай Иванович растерянно вертел головой из стороны в сторону, будто только что проснулся, и никак не мог сообразить, где он находится. — Спасибо вам огромное, — произнёс Сенька так громко, что и Андрей, и охотник дёрнулись от неожиданности. —Андрей, нужно забрать лисёнка из сарая, — продолжил он, обращаясь к парню. — Дядя Коля разрешил. Молодой человек повернул голову к Николаю Ивановичу и стоял в нерешительности. — Мы, правда, можем забрать животное? — словно не доверяя словам ребёнка, переспросил юноша. Мужчина продолжал стоять и вращать глазами. Было видно, что он находится в прострации и не совсем понимает, что вокруг вообще происходит. — Да берите вы, что хотите, — вдруг словно взорвался он, — и идите к чёрту отсюда! Второго случая Андрей ждать не стал. Он решительно направился к сараю и распахнул дверь. Там, в куче какого-то хлама в виде сломанных корзин и тряпья, скрутившись в комок, лежал кутёнок. Увидев человека, лисёнок затрясся всем телом и попытался уползти куда-то под ветошь. Андрей схватил животное и выскочил из сарая. Спустя минуту они с Сенькой уже бежали к своему дому. Сидя на крыльце и старательно упихивая лисёнка в коробку, Андрей бросил взгляд на часы. Время показывало час ночи. Этим утром должны были вернуться с отдыха Елена и Мишка. Откладывать на завтра было нельзя. — Ну? — выжидающе спросил парень, глядя на Сеньку. — Точно решил со мной идти? Смотри, там темно и страшно. Хотя где-то в глубине души Андрей уже понимал, что, не пойди Сенька с ним, ему самому будет не по себе. Всё произошедшее некоторое время назад словно открыло Андрею глаза на этого мальчика. Теперь он нисколько не сомневался в его силе и был потрясён этим случаем. —Я не боюсь, — тихо ответил Сенька. — Нужно торопиться, дедушка предупреждал, что надо спешить. Спустя пять минут по ночному полю блуждали две яркие полоски от фонарей. Андрей и Семён направлялись к лесу. Лес встретил ребят неестественной тишиной. Воздух был прохладным и сырым. Андрей понял, почему домовой предупреждал Семёна, что надо спешить. Лето близилось к концу, и ночи становились всё прохладнее. Игорёк попросту мог умереть от переохлаждения. — Куда идти, как ты думаешь? — спросил юноша, оборачиваясь к Сеньке. Мальчик пожал плечами и крепче ухватил Андрея за руку; было видно, что мальчишке страшно. «Господи! — в мыслях воскликнул Андрей. — Зачем взял его с собой? Совсем же ребёнок! Конечно, ему страшно!» Покачав головой, словно осуждая себя за опрометчивый шаг, Андрей крепко стиснул руку мальчика. Шагая вперёд, он блуждал лучом фонаря по окружающим их деревьям и кустам. «Темень непроглядная», — думал парень, шагая куда глаза глядят. И вдруг он почувствовал, что Сенька его тормозит. Обернулся и встретился с расширенными от страха глазами мальчика. — Ты чего? — спросил Андрей. Сенька поднял руку, указывая пальцем куда-то в сторону. Там, в темноте, светились два красных глаза. Андрей направил луч фонаря на них. Разглядеть ничего не удалось, на свету точки заблестели, как блестят кошачьи глаза в темноте. Какой-то внутренний голос подсказывал ему, что они нашли то, что искали. Парень отцепил от себя руку Сеньки и, сделав пару шагов вперёд, присел на одно колено. Андрей поставил на мох коробку и вытащил из неё лисёнка. Зверёк запищал и прижался к земле. Спереди раздалось недружелюбное рычание. — Он в порядке, просто напуган, — зачем-то сказал в темноту Андрей. Раздалось странное курлыканье, и лисёнок, подняв голову, заводил ушками, словно искал источник звука. Курлыканье стало громче, и зверёк, осторожно поднявшись на лапки, побежал в сторону звука. Через пару секунд его след исчез в темноте леса. Две красные точки, мигнув ещё пару раз, словно растворились в воздухе. Андрей неуверенными шагами пошёл туда, где они светились, Сенька пошёл за ним. Пройдя несколько метров, парень остановился. Он крутился вокруг себя, освещая темноту леса. «Куда идти? Где искать?» — билось в голове, и вдруг снова раздалось курлыканье. Сенька и Андрей пошли по еле заметной тропке в сторону звука. —Андрей, смотри, — произнёс Семён. Молодой человек посмотрел туда, куда Сенька указывал фонариком. Луч света выхватил из густой темноты толстое дерево, в стволе которого было огромное дупло. Озноб прошёл по телу Андрея: он понял, что именно это они и искали. Подбежав к дереву, он посветил внутрь дупла. Там, свернувшись колечком, лежал маленький Игорёк. Мальчик подложил кулачок под перепачканную щёку и тихонько сопел во сне. Андрей дотронулся до ребёнка, но тот никак не отреагировал. Игорёк словно пребывал в забытьи. Молодой человек отдал свой фонарь Сеньке и осторожно вытащил ребёнка из дупла. Мальчик не очнулся. Андрей по-настоящему забеспокоился. —Не переживай, — вдруг сказал Сенька, дотронувшись до Андрея, — с ним всё хорошо. Дома он очнётся. Парень не стал ставить под сомнение слова ребёнка. —Сень, ты иди вперёд и освещай нам тропу, я пойду за тобой, — произнёс Андрей, и ребята стали выбираться из леса. Дорога обратно была явно короче, чем та, по которой они шли в лес. Деревья словно расступались перед ними, указывая путь. Уже у самой кромки леса Сенька остановился и повернулся к темноте лицом. В глубине леса светились две красные точки, провожая взглядом путников. — Спасибо, — сказал мальчик и, развернувшись, пошёл за Андреем. Через поле перемахнули мигом. Руки Андрея тряслись от напряжения. Подойдя к деревне, они не пошли по улице, освещённой яркими фонарями, а тихонько крались вдоль заборов. Андрей правильно предполагал, что попадаться с маленьким Игорьком на руках перед людьми не стоило. Поверить в то, что произошло, сможет не каждый, а вот обвинить самого Андрея в похищении ребёнка решится любой. Объяснить, где мальчик пробыл столько времени и как выжил, молодой человек всё равно бы не смог, он и сам этого не понимал. И потому, оставив Семёна во дворе своего дома, дальше Андрей пошёл один. Подойдя к забору дома Игорька, он затих. В доме горел свет. Безутешные родители не находили себе места ни днём, ни ночью. Молодой человек надавил плечом на калитку. Еле слышно скрипнув, она отворилась. На счастье Андрея, эта семья собак во дворе не имела, и потому к дому он смог подойти незамеченным. Положив мальчика на деревянное крыльцо, он тихонько пополз обратно. Сколько мальчик пролежит, не подавая звука, Андрей не знал. Оставить его на остаток ночи на холодном крыльце он не мог. Подняв с земли небольшой камешек, Андрей швырнул его в окно. Вопреки его ожиданиям ничего не произошло. Он нашарил руками ещё один камешек и снова бросил его в стекло. Занавеска зашевелилась, и в окно выглянула женщина. И хоть в сумраке ночи она никого не увидела, но, как и рассчитывал Андрей, на крыльце зажёгся свет. Раздался щелчок отпираемого замка, и дверь отворилась. — Вадим! — громкий окрик разрезал тишину ночи. — Вадим, скорее сюда! — звала женщина мужа. — Игорёк, Игорёчек, миленький, — голос прервался рыданиями. Из-за кустов Андрей видел, как женщина, упав на колени перед сыном, прижала его к себе. В дверном проёме показался мужчина. — Мама? — раздался изумлённый и еле слышный голос ребёнка, и женщина зарыдала ещё громче. Больше Андрею там делать было нечего. Ползком он прокрался под кустами и бросился к дому, где его ждал Семён. Сенька лежал в кровати. Андрей сидел у него в ногах и молчал. В голове у парня был полный раздрай. Но почему-то искать объяснения всему случившемуся совсем не хотелось. Одно для себя Андрей уяснил — у Сеньки однозначно есть дар. Но, вспоминая испуганные глаза мальчика в лесу, он так же понимал, что он всего лишь маленький ребёнок и, возможно, сам не знает, как объяснить то, чем он обладает. Заметив, что Сенька наблюдает за ним, он ему рассказал, как всё прошло у дома маленького Игорька, и, дождавшись, когда Сенька с блаженной улыбкой на губах уснул, тихонько вышел из комнаты. Рано утром дом огласило радостное известие. — Маленький Игорёк вернулся, — широко улыбнувшись, сказала Анна.— Вы представляете, ночью он каким-то образом оказался на крыльце своего дома, — продолжала она рассказ. — Мать вне себя от радости. Отец разговаривает с полицией. Приехавшая скорая осмотрела ребёнка. Не считая лёгкого переохлаждения, Игорёк здоров. Странно только, что не помнит ничего. Нигде был, ни как вернулся. Но оно, может, и к лучшему. Психика так устроена, что лучше уж совсем забыть, нежели получить душевную травму, — подытожила Анна. Ближе к полудню вернулись Лена с Мишкой. Сенька сам рассказал им про то, что малыш нашёлся, полностью умолчав, кто этому поспособствовал и как это произошло. Андрей тоже никому не стал открывать тайну, справедливо полагая, что иногда лучше смолчать, чем навлечь на себя неприятности. В целом Андрей после этого случая словно повзрослел, открыв для себя, что мир вокруг более многогранен, чем кажется на первый взгляд. С интересом он теперь поглядывал на свою кошку Машку, которая носится от угла к углу, наверняка видя то, чего люди видеть не могут. По крайней мере, не все… автор Юлия Скоркина
  2. Трансерфинг реальности

    Да в том то и дело, что ничего не будет. А делай, что должен, это значит делай всё и не проси его ни о чём. Но тогда теряют смысл все принципы воспитания, когда мы ребёнка приучаем к жизни в этом мире. Чтоб он не вырос в стиле "я делаю только то, что хочу сам" Ведь есть элементарные нормы. Получается, что ты не проваливаешь маятник, а просто тупо проявляешь бездействие, мягкотелость....
  3. Трансерфинг реальности

    Может Наташ. И именно важность этого маятника снизить фактически нереально, по крайней мере для меня. Второй час хожу на работе, и не могу успокоиться. Люблю его очень, но его отношение к жизни "моя хата с краю" вымораживает до невозможности. И главное, что он всегда прав. Неординарный поступок, это как я и написала ВСЁ делать самой и не просить. Но тогда встаёт вопрос, такое отношение не сделает ли его потребителем по жизни?
  4. Трансерфинг реальности

    А как быть если в роли маятника выступает твой ребёнок? Снизить важность отношения его поведения к тебе, значит: 1. Всё выполнять самой. Потому что банальное "поправь крючки на занавесках", возвращается ответом "сейчас лень, я уже лёг, давай завтра" 2. Молча смотреть. Но в жару 20 градусов может одеться свитер, просто потому, что футболку надо искать, либо ему кажется, что я спецом хочу одеть его как "придурка". 3. Не звонить самой, когда время подходит к одиннадцати, а завтра в школу и время возвращения не известно. И т.д и т.п... Я понимаю, что всё моё сообщение выглядит, будто я безумная "яжемать" и тиранка, которая не может наступить на горло своим амбиция и требует от 17-ти летнего сына полного подчинения. Только это совсем не так. Честно пробовала забить. Причём абсолютно спокойно воспринимаю школьные "удачи-неудачи". Но вот его чисто человеческие качества. С ровным настроем принимать любые его решения, надолго не хватает. Снизить важность в этом случае, это разрешить воспринимать меня, как фоновый звук, фоновый кошелёк, фоновую кухню... У Зеланда были дети???
  5. Как же так получилось, что умершая хозяйка кукол, могла в прямом смысле причинять вред живым деткам, так и осталось неизвестным. Жизнь она, как оказалось, вообще штука не предсказуемая. И если ничего мистического не случилось с тобой, это не значит, что этого вообще не существует. С того избавления от призрака девочки, прошло время. Анна и Лена очень сдружились. Общая тайна и чудесное спасение дочери Анны, Софьи, сплотило их крепче семейных уз. Теперь, Лена уже не переживала, уезжая в город по делам, на чьё попечительство, можно было оставить сыновей. А мальчики и рады, если выпадает возможность побывать у тёти Ани. Всем известно, как интересно малышне дружить со старшими ребятами, коим был сын Анны, Андрей. Андрей хорошо относился к мальчишкам, брал их с собой на рыбалку, в лес иногда, погулять по краешку. Учил, как какой гриб называется. В общем, нянькой был замечательной. Лена не злоупотребляла Аниным гостеприимством. Хотя прекрасно видела, что общение с их семьёй ей было совсем не в тягость. Вечером, гуляя по окрестностям деревни, Лена попросила вкратце рассказать о том, что за люди живут в деревне. Аня, жившая здесь с самого рождения без проблем поведала почти о каждом жителе. - А вот в этом и этом доме, показывала жестом Анна, - живут самые древние жители деревни. - Улыбалась она. - Баба Глаша и дед Матвей. Сколько себя помню, они были всегда. Деду Матвею, конечно, повезло больше, его сыновья и внуки так и остались жить с ним в деревне. Приглядывают за стариком, уважают. А баба Глаша по большей части всё одна живёт. Дети в город перебрались уже давно. Звали её с собой, да только им старикам разве втемяшишь, что так проще будет и догляд и уход. Старая ведь. А бабка Глаша знай на своём стоит - "здесь родилась, здесь и помру". Сын-то приезжает пару раз в месяц, порядок наведёт, в бане её напарит, намоет, холодильник продуктами забьёт и обратно в город. Внуки - то помладше были, к бабке в деревню за милую душу неслись. А сейчас, повзрослели, женихаются. Вот чаще и приходится соседям присматривать за бабкой. Сын её благодарен конечно. Одно время по деревне ходил, спрашивал, может за деньги кто будет с бабулей помогать. А то, говорит, не удобно. Словно бросил мать, а он переживает! Да только бабу Глашу не своротить. Поэтому соседи по-людски и ходят, проведывают, да в магазин, если что прикупить надо по её просьбе ходят. А много ли бабке надо? - продолжала Анна. - Она вон, в этом году и не выходит почти! Раньше частенько на лавочке грелась, солнышку улыбалась, а сейчас видать силы оставляют. Хотя вчера я её видела, рукой мне махала. - Закончила свой рассказ Анна. - Да уж, - посочувствовала Лена. - Одиночество это плохо. Придя домой и, поужинав, Лена, как обычно расспросила, как прошёл день у мальчиков. И получив подробный отчёт о том, что дядя Игорь, с середины деревни, привёз для строительства огромную кучу песка, в которой милостиво разрешил им полазить, отправила ребят к себе в комнату. А сама села поработать. - Мам Лен, - услышала она голос Семёна, - а помнишь, ты обещала нам завести кошечку? - тихо спросил мальчик. Конечно, Лена помнила. Но надеялась, что мальчики забудут про это обещание. Пока она не хотела заводить никого. - Конечно, помню Сенечка, ответила Елена, - я обещаю подумать над этим вопросом. Ночью Лене не спалось. Несколько ночей подряд её волновали шумы на чердаке. Словно маленькое животное, иногда бегало по скрипучим доскам. Мальчики никак не реагировали на шум. А главное, что Семён про этот шум не говорил ровным счётом ничего, и это успокаивало Лену. С недавних пор, она вообще научилась слушать сына так, как не каждая мать слушает своего ребёнка. Ни разу в мыслях, она не поставила под сомнение дар Семёна! И доверяла его чутью безгранично. Так, например, неделей раньше. Она собралась ехать в город для получения очередного задания по работе, когда Сенька, догнав её у калитки, сунул ей в руки зонт. - Что ты милый, посмотри какая благодать на улице, - улыбалась Лена, - синоптики дождь не обещали. Надо ли говорить, что домой Лена, из города возвращалась под проливным дождём. И таких мелочей было много. На эти маленькие чудеса мать уже и не удивлялась. Одного Лена боялась, что чудеса, иногда случались и большие. И тогда, от осознания великой тайны, скрывавшейся в недрах Сенькиной головы, у неё бегали мурашки. - Мам Лен, - сказала ей как- то Сенька, - дядя Серёжа всё спешит и спешит, а ему нельзя туда. - Не поняла тебя, милый? - озадаченно спросила Лена. - Куда он спешит? - Не знаю, позвони ему и скажи, что нельзя туда, там много стекла. Встревоженная Лена опрометью бросилась к телефону. Бывший муж долго не брал трубку. Поднял её только со второго раза. Оказалось, что выходя из квартиры, он забыл телефон. И понял это, когда услышал, что тот начал трезвонить на полке у зеркала. Только вот дверь он уже успел захлопнуть и кинуть ключи в сумку. А телефон был нужен! Как назло, в сумке не удавалось нащупать ключи. А потом замочная скважина решила объявить ему войну, словно ключ был вовсе не от этой двери. В итоге провозившись, он опаздывал на встречу и тут ещё Лена звонит. Услышав её обеспокоенный голос, Сергей слегка смягчился, хотя уже намеревался накричать на неё, раздражённый своей задержкой. Выслушав сбивчивое, "зачем ты спешишь" и слегка удивившись от того, что Лена вкурсе того, что он, как копуша возился с ключами, он решил и правда не спешить. Тем более что он уже и так опаздывал! Спустя час, он приехал на место запланированной встречи с коллегами и встал, открыв рот от удивления. Кафе, в котором они должны были встретиться, было оцеплено людьми в форме. Повсюду сновали врачи. Водитель, не справившись с управлением на скорости влетел в стеклянную витрину кафе. Зад автомобиля торчал из-под обломков. Пять человек доставлены в больницу, с разными травмами. Коллега Сергея, заметив его в толпе, подошёл к нему. Его лицо было порезано осколками, а руки тряслись нервной дрожью. Всё случилось очень быстро. Выскочить из-за столиков у окна не успел никто. Сергей смотрел на коллегу, а в его голове роились совсем другие мысли. Спустя три часа, он сидел за столом у Лены в кухне и, внимательно смотрел на играющих в приставку мальчишек. Вернее он смотрел на Семёна. - Как? - Тихо спросил он, обращаясь к Лене.- Как он узнал? - Не знаю и знать и не хочу, - коротко бросила она, давая понять, что разговор на эту тему завершён. Ещё два дня после того случая Сергей прожил вместе с семьёй в деревне. Уезжая, он обнял сначала Мишку, пообещав приезжать почаще. А потом и Семёна, тихо шепнув ему на ухо спасибо. Когда машина скрылась из виду, Сенька повернулся к матери и спросил: - Мам Лен, а за что мне дядя Серёжа спасибо сказал? - За то, что ты напомнил ему, что иногда полезно опаздывать, - улыбнулась мать, взлохмачивая соломенную шевелюру. И всё-таки Лене удалось заснуть. Разбудил её странный шум. Она открыла глаза и лежала прислушиваясь. В доме стояла тишина. Поднявшись, женщина потихоньку подошла к комнате мальчиков. Они тоже спали. Подумав, что ей что-то почудилось во сне, Лена прошла на кухню и, выпив стакан воды, снова отправилась к себе в комнату. И вдруг опять этот звук. Он шёл от окна. Словно со стороны улицы, кто-то тихонько стукнул по стеклу. Сердце Лены затрепыхалось. Мало приятное ощущение испытываешь, если ночью, тебе кто-то стучит в окно. Осторожно отодвинув занавеску, Лена вскрикнула и тут же зажала себе рот рукой. За окном, у калитки стояла женщина. В белой ночной рубашке, с седыми волосами, она стояла и смотрела прямо на её окно. Свет от фонаря над крыльцом, частично освещал её. Женщина светилась лёгким голубым свечением. От страха Лену замутило. И словно маленькая девочка, она бросилась от окна на кровать и накрылась с головой одеялом. В надежде, что весь этот ужас пройдёт сам собой. Через минуту стук в окно повторился. Лена зажмурилась, молясь про себя, что бы то, что стояло возле её калитки ушло. Но оно не уходило. Удар в стекло был одиночным и периодическим. В какой- то момент Лена громко вдохнула и встала с кровати. Подойдя к окну, она снова отодвинула занавеску. Призрак женщины в белой ночнушке так и стоял возле калитки. Только теперь, он протягивал руку вглубь улицы, пальцем, словно указывая куда-то. - Нет, нет, нет, - тихо бормотала Лена, закрыв лицо руками. - Этого не может быть. За спиной послышался шорох. От ужаса Лена резко повернулась. В дверях стоял Семён. Мальчик тихо подошёл к окну и отдёрнул занавеску. Призрачная женщина опять подняла руку, указывая направление - Сенечка, пойдём от окна. Это какой-то ужас, бормотала она срывающимся шепотом, боясь разбудить Мишку. Лена совсем не хотела, что бы сын увидел этот ночной кошмар. - Мам Лен, тише, - сказал Семен, поднося палец к губам. - Мы Мишку разбудим, - словно прочитав её мысли, произнёс Сенька. - Посмотри, - продолжал он, - она что-то хочет показать. Не нужно её бояться, она не злая. - Откуда ты знаешь?- бормотала трясущаяся от страха Лена. - Она может быть какой угодно, - не унималась она, - давай милый, отойдём от окна и она уйдёт. - Не уйдёт, - шептал Сеня. - Можно я к ней выйду? - Что ты милый, - взмолилась Лена, - ты в своём уме? Это призрак. Я говорила, что нельзя покупать дом рядом с кладбищем, - кричащим шёпотом говорила Лена. - Мам, к ней нужно выйти. Просто поверь мне, - сказал мальчик, глядя в глаза Лены, - ей нужна помощь. И Лена решилась. Трясущимися руками, она накинула на себя плащ и, всунув ноги в резиновые калоши, пошла к двери. Пальцы не желали слушаться и открывать дверной засов. Шёлк. Отщёлкнулся язычок замка и громко втянув воздух, Лена вышла на крыльцо, в ночную прохладу ранней осени. Страшного не произошло. Возбуждённое страхом, воображение Лены, оказалось не право, рисуя в голове жуткую картину. Опасения были напрасными, призрак женщины не бросился на Лену, пытаясь её сожрать, когда она вышла из двери. Чуть помедлив, женщина сделала шаг навстречу призраку. И чем больше шагов Елена делала в сторону призрака, настолько дальше приведение отдалялось от неё. В конце концов, Лена шла бойким шагом сообразив, что призрак действительно куда-то её ведёт. За удаляющимся призраком Лена старалась идти под светом фонарей, тогда как само приведение, наоборот, плыло, скрываясь под тенью домов. Деревня спала. Лишь кое- где, услышав ночные шаги Лены, побрёхивали собаки. Дойдя почти до половины деревни, призрак женщины остановился напротив дома старой, одинокой бабы Глаши. Снова вытянув руку и пальцем показав на дверь, призрак растворился. Отворив незапертую калитку в заборе, Елена подошла к дому и, привстав на цыпочки, заглянула в окно. Там, на полу, вниз лицом лежала старушка. А в углу комнаты, отбрасывая яркие, жёлтые языки, разгоралось пламя. Лена бросилась к первому соседскому дому. Соседями бабы Глаши оказалась молодая семья. Молодой парень, допоздна смотрел телевизор и потому вышел на настойчивый стук очень быстро. - Там старушка, соседка ваша, - тараторила Лена, - она на полу, там огонь, - сбиваясь, говорила она на ходу, уже убегая к дому бабы Глаши. Парень быстро разбудил жену, которая позвонила пожарным и в скорую. А сам, одевшись, побежал к соседке. Лена уже пыталась влезть в окно. Подоспевший сосед, отодвинул женщину могучей рукой и легко подтянувшись, исчез в недрах дома. Через минуту дверь в дом распахнулась, и парень вынес во двор бесчувственную бабу Глашу. Осторожно положив старушку, и буркнув, "жива", сосед убежал обратно в дом. Лена сняв с себя плащ, накинула его на тщедушное тельце бабы Глаши. Вскоре замаячили огоньки скорой помощи. Приехавшим пожарным делать, в принципе, уже было нечего. Соседский парень всё сделал сам, вовремя подоспел. Да и огонь, только начал разгораться. Старушку с инфарктом отправили в областную больницу. Причина пожара была ясна, как белый день. Проснувшись ночью, баба Глаша видимо, почувствовав, что с сердцем неладно, собиралась на кухню, за водой, чтобы выпить лекарства. Но не дошла, потеряв сознание. Вечно мерзнущая старушка, падая, зацепила провод от старого, ещё советского электрообогревателя. Прибор упал на половицу, которая от высокой температуры начала тлеть. Уже после того, как вся суета поутихла, сосед бабы Глаши подошёл к Лене: - Быстро мы с вами сработали, - улыбнулся он ей. - Можно вопрос? И не дожидаясь разрешения спросил. - Вы здесь чего в такое время делали-то? - Не спалось, - устало проговорила Лена и отправилась домой. Утром, вся деревня шумела. И старушку, бабу Глашу, жалели, не подоспей соседи вовремя, сгорела бы заживо. И беда бы большая могла случиться, разгорись пожар во всю мощь! Дома рядом стоят, вспыхнуть могли по цепочке. Лена сидела на кухне и пила чай, когда к ней пришли мальчики. Пока ребята уплетали белый хлеб, щедро сдобренный шоколадной пастой, Лена молча разглядывала перепачканного в Нестле Сеньку. Говорить о вчерашней ночи не хотелось совсем. Вся ситуация от начала до конца полностью выбила Елену из колеи. Как бы она не старалась свыкнуться с особенностью Сеньки, есть вещи, которые она просто не сможет понять. - Мам Лен,- вдруг оторвавшись от бутерброда, обратился к ней Семён, - ну чего ты! Не страшно же было! И в очередной раз Лена, убедившись, что мальчик иногда может читать её мысли, громко вздохнула. - Ты прав Сенька,- ответила она, подойдя к мальчику и взлохмачивая его соломенную шевелюру, - страшно не было. А что она должна была ему сказать? Что у неё волосы чуть не поседели, когда она увидела за окном призрака? Или, что она считает не нормальным вот так выйти навстречу чему - то ужасному... Поток мыслей Елены прервал стук в дверь. - Ну, рассказывай, - сгорая от любопытства, произнесла влетевшая в дом Анна. - Да особо - то и нечего, - отозвалась Лена - Ну конечно! - подбоченилась Аня. - И оказалась ты ночью у дома бабы Глаши, тоже совершенно случайно! Погулять решила! Лена улыбнулась, представив, что местные жители о ней подумали, узнав, что она бродит глубокой ночью по деревне, одна. В вкратце рассказала она Ане, что случилось ночью. - Ух ты, - произнесла та. - А интересно, чей это призрак, так о старушке переживал, задумчиво произнесла женщина. - Понятия не имею, развела руками Лена. - И если бы не слова Сеньки, что она зовёт на помощь, фиг бы я из дома вышла! Ох, Аня, мне ужас, как страшно было. - Да уж, я даже представить не могу. Посочувствовала Анна. - И всё же Сенька молодец, что тебя подтолкнул на такой шаг. Как представлю, что пол деревни могло выгореть... В комнату вошли мальчики и разговор прекратился. - Мама, мы с Сеней погулять пойдём. Ольга нам вчера медведку показать обещала. Живую! - сказал Мишка. - Ну, раз живую, - улыбнулась Елена, - то идите. Перед выходом Сенька обернулся: - Мам Лен, ту, которая к нам вчера приходила, представляешь, Грушей зовут, - выдал мальчик и залился звонким смехом. - Имя такое смешное, Груша! А ещё она сказала, подарочек нам с Мишкой принесёт. - Какой подарочек?- спросила побледневшая Лена. - Не знаю, но она сказала, нам понравится, - равнодушно пожал плечами Сеня и вылетел вслед за братом. - Я с ума сойду, - закатив глаза произнесла Лена, обращаясь к Анне. - Не сойдёшь, - строго произнесла Аня. - Одевайся, пошли. Через десять минут, миновав метры кладбищенской ограды, женщины стояли возле старого, потрескавшегося памятника. - Ну, здравствуйте, Аграфена Ильинична, - произнесла Лена и села на скамеечку, разглядывая фотографию седоволосой женщины. - Успели мы спасти вашу Глашу. - Лен, я если честно просто в шоке! - произнесла Аня. - Вот она, настоящая материнская любовь! Из могилы встала, чтоб дочь свою от страшной смерти спасти. Правду говорят, что для своих родителей, мы дети в любом возрасте! Они сидели на скамейке и каждая думала о своём. Как вдруг, из зарослей травы позади памятника, вынырнул котёнок. "Мяв", пропищало тщедушное тельце, покрытое рыжей шерстью. - А вот и подарок, - улыбнулась Лена, беря на руки маленький, меховой комок. - Спасибо вам, Аграфена Ильинична, вы были правы, мальчикам он понравится... Автор Юлия Скоркина.
  6. С того дня, как в руки Елены попал свёрток с деньгами, прошло полгода. Сумма, полученная от цыганки, действительно была немаленькая. Подогреваемая азартом, которым её заразили мальчишки, рассказывая, как бы им хотелось жить в домике в деревне, Елена тоже загорелась этой идеей. Посовещавшись с Сергеем и заручившись его поддержкой, она начала поиски. Совсем далеко от цивилизации уезжать не хотелось, но и нюхать выхлопные газы в расположившихся около трассы деревнях тоже желания не было. Лена сбилась со счёта, сколько раз каталась с риелтором по предложенным на продажу домам.То дорога рядом, то ни одного деревца, словно в степи деревня расположилась, а то и вовсе попадались такие, где доживающие свой век старики были единственными жителями этих окрестностей. И в этот раз смотреть очередной дом, выставленный на продажу, Лена ехала без особого энтузиазма. Правда, сегодня, чтобы скрасить нудную дорогу, она взяла с собой мальчишек. Всю дорогу ребята болтали без умолку. Каждый из них рассказывал о своём видении дома. Мнение у каждого было своё. Единственное, в чём их мнения сходились, так это в том, что всенепременно нужно завести кошечку, причём желательно сразу по приезде. Елена остужала фантазии ребят, говоря, что найти хороший дом совсем не просто. А уж про кошку пока и думать нечего… И вот настал долгожданный съезд с оживлённой трассы на насыпную дорогу. За окном машины появлялся прекрасный вид русской глубинки. Дорога петляла через поля, которые сменялись небольшими лесополосами, и, миновав остаток пути среди густого леса, вся компания выехала к деревне. Деревня была достаточно большой, имела свой магазин и одноразовое сообщение с городом в виде небольшого маршрутного автобуса, который, кстати, стоял рядом с остановкой, находившейся чуть поодаль от самой деревни. Дома шли в два ряда. По большей части бревенчатые. Старые, но добротные. С одного края, позади домов, был небольшой обрыв, спуск с которого вёл к реке. С другого края шёл густой лес. Проезжая вдоль деревни, Елена заметила, что все дома были жилыми. Это радовало: не хотелось бы оказаться в положении, когда на зимний период деревня засыпает, проводив в городские джунгли последнего дачника. У одного из домов крутилась ребятня, и эта деталь очень порадовала мальчиков.Почти в каждом дворе лаяли собаки. В некоторых домах держали скотину. Особый же интерес вызвал дом, рядом с которым, мерно пощипывая травку, паслись две лошади. Мальчики чуть головы не вывернули, разглядывая их. И вот она, долгожданная остановка. Их дом стоял последним. Перед взглядом Елены и мальчиков предстал дом их мечты. Из цельного бревна, с широким крыльцом, он напоминал дом с картин русских художников, описывающих процветающий крестьянский быт. Территория вокруг дома была не очень большая. Зато, если позади остальных домов в деревне к реке вёл довольно резкий обрыв, то позади этого дома был пологий спуск, по которому до реки было прогуляться — одно удовольствие! Всю дорогу риелтор расписывал красоту пейзажей и самобытность деревни, умолчав лишь об одном, и сейчас Елена стояла с понурым видом, смотря на этот маленький нюанс. Всё было хорошо в деревне, ей понравился сам дом и внутренняя обстановка. Радовали глаз и полноводная река, и дремучий лес. Можно было бы уже с удовольствием остановить выбор на нём, если бы не граничащее с забором старое деревенское кладбище. — Роман, — устало проговорила Лена, обращаясь к риелтору. — Если бы вы упомянули об этом соседстве сразу, то мы могли бы сэкономить кучу и вашего, и нашего времени. — Лена, я не понимаю, в чём дело? Ну кладбище! Согласен, не совсем приятное соседство, но оно старое и на нём уже сто лет никого не хоронят! — И что? — возмутилась Елена. — Можно подумать, это что-то меняет. Вы думаете, мне было бы важно, какой памятник меня встретит с утра, выйди я на крыльцо дома, старый или новый? — Я не это имел в виду, — оправдывался риелтор. — Просто я действительно не вижу ничего плохо в том, что рядом с домом расположено кладбище, — упорствовал он. — Ну, вот если вы не видите, — раздражалась Лена, — то и купили бы этот прекрасный дом себе. На звук спорящих голосов вышли мальчики. — Мама, что-то случилось? — спросил Миша. — Нет, мои дорогие. Прыгайте в машину, мы уезжаем. — Мам, тебе что-то не понравилось? — переспросил сын. — Миша, — раздражённо ответила мать, — ни тебя, ни Семёна не смущает, что фактически рядом с крыльцом уже начинается кладбище? Мишка растерянно посмотрел сначала на Семёна, а потом на кладбище. — Мам Лена, что страшного на кладбище? — вдруг спросил до этого молчавший Семён. — Видишь ли, дорогой, — стараясь говорить спокойно, отвечала Лена, — кладбище — это не совсем то место, рядом с которым бы хотелось жить. — Зато какой замечательный дом, мам! — встрял Михаил. — И как красиво вокруг! — продолжал восхищаться мальчик. — Ну, а я про что? — заметив поддержку мальчиков, вдруг встрепенулся риелтор. — Тишина и благодать! Да и кладбище уже почти не кладбище, а так, сквер. — Скве-ер?! — протянула Лена. От негодования у неё, казалось, не осталось слов. Риелтор, словно ожидая оплеухи, вжал голову в плечи. Но скандала не произошло. Тихонько подошёл Семён к матери и, взяв ту за руку, произнёс: — Мам Лен, ну нам с Мишкой очень-очень понравился этот дом… Сборы были недолгими. Все нужные вещи Сергей помог перевезти, при этом всю бумажную волокиту по продаже и оформлению вообще взяв на себя. Лена была ему бесконечно благодарна, а он всё не переставал удивляться, как за год может поменяться жизнь одного человека. Первым делом вся команда в лице Лены и двух мальчишек исследовала каждый уголок нового дома. Естественно, самым интересным местом для ребят оказался чердак. Высокие балки конусообразно складывались в треугольную форму, так что нагибаться не приходилось даже Лене. На чердакеот старых хозяев оставались кое-какие вещи в виде старинных стульев и сундука, который почему-то оказался пустым.Было на чердаке и окно, из которого открывался прекрасный вид на долину с рекой. Через пыльные стёкла внутрь попадал рассеянный свет, и от этого на чердаке становилось как-то таинственно. Подойдя к лазу, ведущему вниз, сначала спустился Миша. За ним приготовился слезать Сенька, но вдруг остановился и уставился в угол. — Что там, дорогой? — спросила Лена, оборачиваясь в ту сторону, в которую смотрел сын. — Ничего, мама, — ответил Сеня и стал спускаться. Дальнейшие дни потекли в неспешном разборе привезённых с собой вещей. Правда, разбирала вещи Лена почти всегда одна. Мальчишки уже успели познакомиться с местной детворой и исследовать окрестности деревни. В принципе, Лена перестала с опаской смотреть на столь неугодное для неё в своё время соседство с кладбищем. «Да и Бог с ним, — думала она, — ведь и правда же на нём уже никого не хоронят. Не мертвецов же, в конце концов, бояться в двадцать первом веке!» Жизнь текла, новосёлы потихоньку знакомились с соседями. Всё их устраивало в новой жизни, только иногда, ночами, Лена просыпалась от непонятных звуков. Слышалось ей, что будто на чердаке кто-то копошится, но всё же здравый смысл подсказывал, что, скорее всего, это какие-то ночные животные или птицы могут залетать по старой памяти, когда дом ещё не был жилым. Однажды идя из магазина, Лена поравнялась с женщиной её возраста. Оказалось, что та живёт от них в нескольких домах. Звали женщину Анна. Разговорились, и Лена пригласила новую знакомую в гости на чай. Этим же вечером две женщины сидели за столом на веранде и беседовали. В беседе Лена узнала, что живут они тут с рождения. Муж Ани работает в городе и иногда остаётся там ночевать в квартире матери, а сама Аня на работу устроиться не может, хозяйничает по дому и сидит с детьми. Детей, как и у Лены, было двое: старший мальчик, которому на тот момент уже исполнилось шестнадцать лет, и младшая дочка. Девочке было десять, её звали Софья. Именно из-за неё Анна и не могла пойти работать.У Софьи было слабое здоровье. Вернее, случались дни, а ещё точнее, ночи, когда на девочку ни с того ни с сего нападали жуткие приступы удушья.Обследования на астму и на любые другие болезни, связанные с дыхательными путями, результатов не давали от слова совсем. Врачи разводили руками. Вполне здоровый ребёнок вдруг начинал краснеть, задыхаться вплоть до потери сознания. Мать с отцом ничем помочь не могли. В такие минуты их отчаяние достигало наивысшей точки. Они до смерти боялись, что каждый приступ для Софьи будет последним.После приступа девочка лежала в постели несколько дней, полностью обессиленная.Случались припадки с периодичностью раз в два месяца, в остальном же ребёнок был почти здоров. Пролистывая жизнь назад, Аня заострила внимание, что припадки с Софьей стали случаться после того, как они съездили к бабке в соседнюю деревню, чтобы заговорить ребёнку грыжу, но, скорее всего, это было лишь досадным совпадением. Лена в ответ рассказала свою историю и о том, что у Мишки были эпилептические припадки, тоже сказала, упомянув при этом, что вот уже почти как год приступы не случаются. Анна тяжело вздохнула, понимая, что это единственное, о чём она мечтает вот уже много лет. Дальнейший разговор женщин был в русле «ни о чём». Вечером, укладывая мальчиков спать, Елена спросила, знают ли они Софью. — Эта девочка выходит к нам, только если мы сидим на скамейке, — подтвердил Миша. — Она говорит, что ей нельзя бегать, а то она задохнётся. — Очень жаль девочку, — грустно проговорила мать. — А почему ей никто не поможет? — искренне спросил Сенька. — Знаешь, милый, — ответила Лена, — есть такие болезни, о которых врачи ещё не знают и не могут помочь. — Но, мама, это если болезни, — продолжал Сеня, — то вот, как наш Мишка. Он болел. А Софья, она не болеет. — Ну как же не болеет, Сенечка? А что же это, по-твоему, если не болезнь? — вскинув брови, спросила мать. — Просто от неё нужно прогнать того, кто к ней приходит ночью, — пробормотал Сенька и, отвернувшись к стене лицом, подсунул маленький кулачок под щёку, приготовившись заснуть. Лена молча уставилась на сына. Как понимать его слова, она не знала. Решив поговорить об этом утром, она ушла в свою комнату. Женщина долго не могла заснуть, проговаривая про себя ответ Семёна о том, что нужно прогнать того, кто приходит ночью… Утром, после обеда, когда Мишка сидел над обычными домашними заданиями, Лена всё же решила поговорить с сыном. — Сенечка, — начала она, — а что ты имел в виду, когда вчера говорил о том, кого нужно прогнать? Сенька повернул соломенную голову к матери и внимательно на неё посмотрел. «Боже, этот взгляд! В этом взгляде все тайны мира», — подумала Лена, поражаясь, насколько может быть серьёзен взгляд шестилетнего мальчишки. — Мам Лен, — серьёзно проговорил Сенька, — понимаешь, иногда к людям приходит тень и делает им плохо. — А что это за тень,Сенечка? — непонимающе спросила Лена. — Я не знаю, мама, иногда я вижу их. Некоторые просто стоят и смотрят, а некоторые начинают показывать зубы. Такие делают человеку плохо. — Они тебя пугают? — продолжала выспрашивать Лена. — Нет. Я их не боюсь. Они мне ничего не делают, просто смотрят и злятся. — Сенечка, а часто ты их видишь? — в голове у Лены возникали тысячи вопросов, и с каждым ответом сына их становилось только больше. — Нет, — равнодушно ответил ребёнок, разглядывая пластиковую машинку, которую он держал в руках. — Ведь они не за каждым человеком ходят. А вот во дворе у Софьи я видел, когда мы первый раз сюда приезжали. Помнишь, с дядей, который нам этот дом показывал? — Что, прямо на улице видел? — спросила Лена, чувствуя, как от холода немеют пальцы рук. — Ну да, — пожал плечами мальчик. — Это девочка. Очень злая, — подытожил мальчик и сдвинул брови. На этом разговор был окончен. Прошло пару дней. В мыслях Лена периодически возвращалась к тени девочки. Она изо всех сил старалась уместить в голове информацию, что сын может видеть что-то, что не способен уловить взгляд обычного человека. И опять она вспомнила слова Фрекен Бок: «Он просто другой». Лена улыбнулась своим мыслям и решила сходить к Анне, чтобы кое-что проверить. Анна вышла поздороваться, женщины поговорили о погоде, и Лена решилась на вопрос: — Ань, а скажи, давно ли у Софьи был приступ удушья? Аня удивилась вопросу, но ответила: — Да нет. Вот, буквально, как вы приезжали дом смотреть. Я тогда впервые тебя увидела. В эту же ночь и было. Возвращаясь домой, Елена беспрерывно раздумывала. Было ли совпадением то, что Семён увидел в их дворе какую-то тень, а тем же вечером у девочки случился приступ? «Даже если связь есть, — думала Лена, — то как про это сказать Ане? Поверит ли? И можно ли что-то будет сделать с этим?» Сомнения женщины были вполне оправданы. В конце концов, Лена и Аня были не настолько близки, чтоб вот так в открытую прийти к человеку и сказать, что, возможно, её дочь больна потому, что какой-то призрак душит её! И всё же Лена решила не вмешиваться, резонно предполагая, что, приди она к соседке с таким заявлением, она минимум, что сделает, так это покрутит у виска и даст ей отворот поворот. А максимум — ославит её на всю деревню, как сумасшедшую особу. И всё бы ничего, и прошла уже неделя-другая, только встретила Лена свою соседку у магазина с распухшим от слёз лицом. — Что случилось, Аня? — участливо спросила она. Вместо ответа девушка разрыдалась на глазах у соседки. Спустя десять минут они сидели на кухне Анны, и Елена слушала сбивчивый рассказ о том, что буквально вчера у Софьи вновь приключился приступ удушья, хотя после первого не прошло и месяца. А это значит, что болезнь начала прогрессировать. Закончила Аня, закрыв лицо руками и содрогаясь всем телом от очередного потока рыданий. Встав из-за стола, Лена направилась в комнату, где лежала Софья. Отворив дверь и увидев девочку, сердце Елены сжалось. На кровати белая, как полотно, сбивчиво дыша, лежал худенький ребёнок. Глядя на нее, складывалось впечатление, что в ней совсем не осталось крови. — Через несколько дней она снова станет обычным румяным ребёнком, — раздалось из-за спины. Лена обернулась. Прямо за ней стояла Аня. Боль и горе стояли на её лице ярким отпечатком, когда она смотрела на свою дочь. — А потом снова приступ и всё по кругу. На глаза женщины опять навернулись слёзы. — Послушай, я понимаю, что ты можешь выгнать меня или посчитать сумасшедшей, но всё же выслушай! — горячо выпалила Лена, схватив Анну за руку. Спустя полчаса они сидели за тем же кухонным столом и молчали. Лена ждала реакции, Аня переваривала информацию. — Может, у вас в доме умирал когда-то ребёнок? — робко спросила Лена. — Ну, в прошлом, у предков. — Да нет, — качнула головой Аня, — не умирали у нас дети никогда. Я не понимаю, как это может быть вообще. Всё, что ты мне рассказала, настолько неправдоподобно, что у меня ощущение, что ты перечитала книг, — продолжала размышлять вслух Анна. — Я прекрасно тебя понимаю, — отозвалась Лена. — Только знаешь, Сенька ведь не совсем обычный ребёнок. И с тех пор, как он появился в нашей с Мишей жизни, многое изменилось. И многое необычное вдруг стало простым. А однажды… И Лена рассказала Ане случай с цыганкой. — Я ведь до сих пор так и не поняла, что это было, Ань. Но и допытываться не буду. Просто приняла, как есть, что существуют люди немножечко другие, — произнесла Лена и встала из-за стола, собираясь уходить. — Постой, — остановила её Анна. — Я не то, чтобы неверю, — начала она. — Можешь ничего не объяснять, — прервала её Лена и вышла. Идя по дороге к дому, Лена жалела, что поступила так опрометчиво и рассказала малознакомой женщине о даре, которым обладает Семён. На сердце легла неимоверная тяжесть. Подходя к дому, она окрикнула крутящихся у противоположного двора мальчишек. Они вместе с гурьбой детворы с интересом смотрели, как сосед чистит и нахоливает лошадь. — Пойдёмте обедать, — с улыбкой произнесла женщина и увела мальчиков в дом. Пообедав, ребята снова засобирались на улицу. Мишка уже вылетел, а Семён уже у самой двери вдруг повернулся и спросил: — Мам Лен, она тебе не поверила, да? — и, не дождавшись ответа, умотал за братом во двор. Лена так и осталась стоять с растерянным выражением лица. Следующим утром женщину разбудил настойчивый стук в дверь. Накинув халат, она пошла открывать. На пороге стояла Анна. Не дожидаясь приглашения войти, она бесцеремонно отодвинула Елену в сторону и прошла на кухню. Лена молча пошла за ней. — Что? Скажи, что мне делать? — безо всякого пояснения спросила она. — У Софьи опять этой ночью был приступ! Она от того ещё не отошла, а он снова случился. Только в этот раз, словно в бреду, дочь повторяла: «Мамочка, прогони её». — Аня, я не знаю, что делать, — ответила Лена. — Я просто передала тебе то, что мне сказал Семён. — Я в отчаянии, — произнесла Анна, закрыв лицо руками. — Я не могу поверить, что это может быть правдой. Но в эту ночь муж прижимал Софью к себе, а она всё твердила и твердила: «Мамочка, прогони её». — Ну, что обычно в таких случаях делают? — размышляла Лена вслух. — Может батюшку? — Лен, мы каждое воскресенье ходим в храм! Слово «Бог» для дочери совсем не ново, — ответила Анна. — А может, к бабке какой обратиться? Если в доме есть призрак какой-то девочки, может, есть и какой-то обряд изгнания? Ну, не знаю, что ещё в таких случаях делают. Звучит так, будто мы играем в фильме ужасов. — Точно! Можно попробовать обратиться к той же бабке, которая в детстве заговаривала Софье грыжу, — оживилась Аня. — Нет, тётя Аня, — вдруг раздался за спиной голос ребёнка. Женщины обернулись и увидели перед собой босоногого Сеньку. — Почему нет? — не поняла Лена. — Потому что девочка, которая приходит к Софье, — сестра этой бабушки. В комнате наступила тишина. Ни Лена, ни Аня не знали, что сказать, и молча смотрели на Сеньку. — Как сестра? — первая из ступора вышла Анна. — А почему она именно к нам приходит? И зачем? — Не знаю, зачем, — равнодушно произнёс Сенька, пожимая плечами. — А именно к вам, потому что у Софьи есть её вещь. Краска отлила от Аниного лица. Не в силах устоять на ногах, она плюхнулась на стул. — А ты не знаешь, какая вещь, Сенечка? — задала вопрос Лена. — Большая тряпичная кукла, — вместо Семёна ответила Анна. — Сенька, быстро иди сюда, чего покажу, — вдруг раздался голос Мишки, и брат по-детски, тут же забыв, о чём он сейчас разговаривал, улетел в комнату Михаила посмотреть, что же там может быть такого интересного. Лена и Аня остались вдвоём. — Что за кукла? — задала вопрос Лена. — Помнишь, я говорила, что мы ездили в соседнюю деревню к бабке заговаривать Софье грыжу? — начала рассказ Анна. — Так вот, пока мы слушали её наставления, Софья, сидя у меня на коленях, потянула руки за куклой, которая стояла на полке за моей спиной. Обычная тряпичная кукла. У бабки их было много. Все без лица, но в разных платьях, на некоторых лежал добрый слой пыли. Они сидели на полке, словно в музее. Хоть и потрёпанные временем, но вполне пригодные для игры. И, когда пришло время уходить, она разревелась, не желая возвращать её хозяйке. Тогда бабка сказала, что если она ей понравилась, то мы можем забрать её себе. «А не жалко?» — спросила я её тогда. На что она сказала, что это куклы её сестры, и стоят они без дела много лет. Не нужны уже, а выкинуть рука не поднимается. С тех пор кукла и живёт в комнате Софьи. Она в неё уже и не играет совсем, та просто стоит на полке и пылится, — закончила рассказ Анна. Лена молчала. — Послушай, а может, спросим у Семёна, что нам с этой куклой делать? — произнесла Аня. — Нет! — решительно ответила Лена. — Ты помнишь, где конкретно эта бабка жила? — Ну да, — ответила Аня. — Иди домой и говори мужу, что нам срочно нужно попасть в ту деревню. И куклу не забудь! Я буду готова через полчаса. Наскоро приготовив завтрак и накормив ребят, Елена отправила мальчиков в дом Ани под присмотр её старшего сына. Сами же они, сев в машину, тронулись в путь. Через час они были в нужной деревне и стучали в дом бабки. Дверь им открыла миловидная женщина. — Здравствуйте, — начала Аня, — нам бы повидать бабушку, которая тут жила лет семь назад. Она ещё грыжи деткам заговаривала. — Так это мать моя, — ответила женщина. — Да вы проходите. Усадив гостей на стулья, женщина спросила: — А зачем она вам? Померла она четыре года назад. — Мы хотели кое-что узнать или вернуть, я не знаю, как объяснить, — при этих словах Аня раскрыла сумку, в которой лежала кукла, и извлекла её оттуда. — Ой, — неожиданно произнесла женщина, — а откуда у вас эта кукла? — Понимаете, когда-то давно эту куклу ваша мама подарила моей дочери. Женщина побледнела и положила руку на сердце. — Ваша дочь жива? — едва слышно спросила она. — Да, — ответила Анна и уже было хотела начать рассказывать о болезни, как женщина протянула руку вперёд, давая понять, что бы она замолчала. — У моей мамы была сестра, — начала говорить женщина. — Они были близнецами. Всегда и везде вместе. Родители безумно любили девочек, всячески старались им угодить. Каждый раз, уезжая в село по делам, они привозили им по кукле. Моя мама, Ирина, не очень любила кукол. Её всегда пугала их безликость, а мамина сестра, Марина, напротив, этих кукол обожала, спать их с собой клала. Случилось так, что сестра заболела, и родители, как могли, баловали дочь. У Марины очень испортился характер. Толи болезнь на неё так повлияла, то ли родители, пытающиеся во всём угодить больной дочери, только становилась она злее и придирчивее день ото дня. Врачи так и не смогли спасти девочку. В возрасте тринадцати лет Марина умерла. Родители очень сильно горевали по дочери, даже батюшка приходил к ним домой и говорил, что нельзя так долго оплакивать покойников. Почти каждый день родители ходили на могилу дочери. Однажды Ирине приснился сон. Сидит её сестра в комнате и играет в свои любимые куклы. «Марина, почему ты здесь? — спросила она. — Ведь мы тебя похоронили». «Мама мне уйти не дала. Да и не хочу я уходить, здесь всё моё», — ответила девочка. Проснулась Ира и видит, что куклы на полу лежат. Рассказала матери про это и про сон. Ох и перепугалась та, привела в дом колдуна, который в деревне жил, и тот весь дом какими-то травами окуривал да слова странные говорил.Больше Марина во сне никому не снилась.Прошло много лет. Родители умерли. Мама моя серьёзно траволечением занялась, к ней даже из города приезжали. Многих своими травками на ноги поставила. Приезжали к ней и взрослые, и дети. И вот детишки-то на кукол стали посматривать, а она возьми да и раздай их всем, кому они приглянулись. — Да вот, как вам, — привела пример женщина. — Всех за пару недель и раздала. Чего им на полке пылиться? А так хоть детишки поиграют.Да только один за одним стали к маме возвращаться те, кому она кукол подарила. Дети стали чахнуть на глазах, и врачи не могли установить, что с ними происходит.Мама все рецепты, что знала, пыталась в дело применить, лишь бы ребятишек вылечить, а всё без толку. Дети теряли силы и задыхались. И вот однажды снится маме сон, будто она опять маленькая и стоит перед ней Марина. Руки в боки, смотрит зло на неё и говорит: «Ты зачем мои игрушки отдала?! А ну-ка быстро их назад воротила. А то задушу тебя! Мои они, слышишь! И ничьи больше!» — и тянет к сестре свои холодные руки. Проснулась Ирина в холодном поту. Поняла, что колдун тот не прогнал дух Марины, а просто утихомирил его, и всё это время она так и жила тут, в своём доме, со своими игрушками. То-то Ира замечала иногда, что на некоторых куклах пыль будто стряхнули, но и не думала, что это могут быть проделки призрака. А как поняла, что детишек своими руками к погибели обрекла, так и слегла. На смертном одре наказала мне найти всех, кто мог куклы эти себе забрать, да и вернуть их сюда, в дом.Ох уж мы этих кукол искали. Благо, четырёх из них забрали дети с нашей же деревни. Ещё двух мы забрали у людей, которые детей к маме же на лечение и везли. А вот про вас-то мы и не знали! Мама не помнила точное количество кукол.Как только мы их всех собрали, мама приказала отнести их на кладбище и прямо на могиле сестры сжечь, а пепел внутрь закопать.И ведь, знаете, детишки и впрямь на поправку с той поры пошли, а бабушке совсем плохо стало. Ей под конец сон опять про сестру приснился, только рассказать она нам его так и не смогла полностью: речь у неё отнялась, да словно в забытьё впала. Пару раз, приходя в сознание, она всё нас жестами к себе подзывала и палец один, указательный, показывала.Это теперь я понимаю, что этот жест обозначал. Видимо, мучила её сестра, куклу последнюю требовала. Вот так вот, девоньки! Хотите — верьте, хотите — нет, — заканчивала свой рассказ женщина, разводя руками. — Вы уж простите, что так получилось. Разве ж мама могла знать? Спустя полчаса на кладбище стояли три фигуры. Они смотрели, как на одной из могил догорала большая, тряпичная кукла… — Мам Лен, — бросился Сенька навстречу входящей в дом Лены, — а Андрей обещал нас на рыбалку с собой взять. На настоящую, взрослую. — Так уж и на настоящую? — улыбалась Лена стоящему поодаль Андрею, старшему сыну Анны. — Мам Лен, ну отпустишь, а? — не унимался сын. Сзади подошла Аня и подтолкнула Лену к комнате, где спала Софья. Девочка мирно сопела в кровати, на её лице появился лёгкий румянец. — Век с тобой не расплачусь, — шёпотом произнесла Анна и, заплакав, обняла Лену. — Ну как же, — попыталась пошутить Лена, — вон, уже и плату озвучили: рыбалка по-настоящему, по-взрослому…© Автор Юлия Скоркина.
  7. Моя группа в ВК называется "Кладовая странной писательницы" Ссылку я думаю нельзя). Буду рада встрече)
  8. Стеснительно мне Я уж по старинке, с народом поближе А про Сеньку. Вот не задумывалась о прошлом мальчика. Всё рассказы о нём, это его последующая жизнь в семье. Очень быстро Сенька стал "сыном полка". В синей сети, мне градом сыпались ТРЕБОВАНИЯ срочно продолжать писать про мальчика.) Спасибо всем за оценку! Очень благодарна за тёплые слова!
  9. Мишка был долгожданным ребёнком. Елена и Сергей души в сыне не чаяли, и даже врождённое заболевание, вызывающие припадок с судорогами, не омрачало их семейного счастья. «Главное — любовь, — говорили они, — а здоровье можно поправить». Шло время, Мишка рос, с ним росла и болезнь, припадки становились всё сильнее. Елена дышала над сыном, Сергей старался поддерживать её во всём, но всё же Лена замечала, что муж стал потихоньку отдаляться. Однажды, гуляя с Мишкой, они шли по парку. С одной стороны асфальтированной дорожки был парк, а с другой — забор с коваными прутьями, который отделял территорию небольшого детского дома. Во дворике гуляла малышня. Те, кто повзрослее, гоняли в догонялки, совсем маленькие копошились в песочнице. С грустью смотрела Елена в сторону детдомовских детей. Да и какая мать пройдёт мимо без сочувствия? И тут Елена остановилась. Все детишки играли, бегали, сновали туда-сюда и по одному, и кучками, а в самом углу забора, под разлапистым кустом сирени, сидел он. Маленький мальчик, на взгляд не старше пяти лет. Он сидел на пенёчке, положив руки на колени, и смотрел вдаль. И, словно заметив на себе взгляд чужого человека, мальчик посмотрел в сторону молодой семьи. Глаза, его огромные голубые глаза, казалось, были бездонными. Прямые, соломенного цвета волосёнки выбивались из-под мятой панамки. Весь вид мальчика был таким отрешённым и одиноким, что у Лены сердце сжалось в комок. — Привет. Ты почему здесь один и не играешь с ребятами? — спросила она, подходя к забору. Малыш с интересом разглядывал женщину. — Просто сижу, — ответил малыш. — Играть не хочется. — А как тебя зовут? — задавала вопросы Лена. — Семён, — ответил мальчик, продолжая разглядывать. Только теперь взгляд ребёнка был направлен не на Лену. Он рассматривал чуть поодаль стоящих Сергея с Мишей. — Это ваш сын? — спросил мальчик. У девушки к горлу подступил комок. — Да, — сдавленно ответила она. — Его зовут Миша. — Он болеет, да? — вдруг спросил Семён. Не ожидавшая такого вопроса Лена удивлённо вскинула брови и уже было хотела спросить, с чего малыш это взял, но в этот момент к забору подлетела толпа детворы. — Тётя, а почему ты с Сенькой разговариваешь? Он же дурачок, он молчит всегда, —выпалила одна из девчонок. И тут к забору подошла женщина. Высокая, плотного телосложения, с высоким пучком на голове. В толпе детворы она была похожа на Фрекен бок. Лена улыбнулась своим мыслям. — А ну-ка быстро от забора, — грозно произнесла Фрекен бок. — Ох, Дашка! Язык у тебя, как помело! — сердито продолжала она. — Опять к Семёну цепляешься! Детвора с гулом унеслась обратно вглубь двора, а женщина, подойдя ближе к мальчику, слегка приобняла его. — Пойдём, мой хороший, — ласково произнесла она. — Не обращай на Дашку внимания, шпана она и есть шпана, — увещевала женщина. — Простите, — вдруг произнесла Лена, — а что с этим мальчиком? Почему его дурачком назвали? — Не обращайте внимания, — улыбнулась Фрекен бок. — Дашка у нас любительница прицепиться к кому-нибудь. А Сенечка, он не дурачок. Он просто другой. Лена молча смотрела в спины уходящей женщины и маленького, белобрысого мальчонки, а в голове звучало: «Он просто другой». С того дня, как девушка увидела маленького Семёна, она периодически в мыслях возвращалась к нему. — Знаешь, он спросил у меня, здоров ли наш сын, — произнесла однажды Лена вслух, обращаясь к мужу. — Как он узнал? — Глупости это, ребёнок со своими тараканами в голове. Зачем ты на это внимание обращаешь? — ответил Сергей. — Не знаю, — понуро вздохнула Лена. — Я теперь часто о нём думаю. Он такой маленький, такой беззащитный… Шло время, Лена так и не отделалась от мыслей о Семёне. Гуляя с сыном, она периодически ходила туда, к забору, разделявшему два мира: мир Лены от мира маленького мальчика с соломенными волосами. Но подходить не решалась. «Незачем бередить ребёнку сердце», — думала она. Мишке исполнилось семь, пришло время для школы. Приступы периодически случались, он был под особым наблюдением, и об учёбе в обычной школе не могло быть и речи. Темп жизни Мишки должен был проходить в тихой, неспешной обстановке. Детворе ведь не объяснишь, что кого-то нельзя толкать, кого-то нельзя пугать, выскакивая из-за угла, для развлечения… Жизнь Миши была похожа на подушку, мягкую и убаюкивающую. Какие-то уроки Лена объясняла ребёнку сама, для каких-то приходил учитель-надомник. И вот однажды, в один из холодных, осенних дней, привычный мир Лены рухнул. Сергей сказал, что уходит. Нет, это не было для неё ударом. Она давно чувствовала, что муж охладел к ней. А как иначе? Сын забирал почти всё время. Мишка хоть и не был капризным и избалованным ребёнком, но следить за ним было нужно. Лена очень боялась ночей. Боялась, что ночью может случиться припадок, а она не услышит. Она часто просыпалась и ходила в комнату сына, слушала дыхание. Она не осуждала Сергея. Сплошь и рядом мужчины не выдерживали ритма жизни больного ребёнка. Сколько она таких историй слышала, пока лежала с Мишкой на профилактических обследованиях. Не было громких и обличительных слов, не было грубых и обидных обзывательств, был тихий разговор. Говорил по большей части Сергей. Он всё понимал, он просто сдулся. Ему в тягость стали те, ради кого он когда-то горел сердцем. Говорил, что не бросит Мишку финансово, что, если будут какие-то вопросы, он всегда будет на связи. И если Лена боится, что он не сдержит слов, то предложил не разводиться официально. Тем более что семью, в полном её смысле, Сергей больше заводить не хотел, а бумажная волокита не нужна ни ему, ни ей. Если уж так случится, что сама Лена решит выйти замуж ещё раз, то он без проблем оформит все бумаги. Выслушав все предложения, Лена сказала, что уедет жить с Мишкой в свою старую квартиру, что не станет ему докучать и портить жизнь скандалами и истериками. Попросила только об одной услуге… Спустя месяц, после улаживания всех формальностей, Лена с теперь уже двумя сыновьями вошла в дверь своей старой квартиры. Кто знает, как так быстро получилось, что Елене отдали Семёна под усыновление. Может, муж сумел найти подход и нужные финансы, а может, звёзды так сложились. Говорят же, что если чего-то очень-очень хотеть, то оно непременно сбудется. Вот так и Лена очень хотела забрать Семёна из детского дома. И потекла жизнь тонкой струйкой, тихая и незаметная. Сергей не обманул, и ежемесячная сумма на обеспечение Мишкиных потребностей всегда вовремя появлялась на счёте. Да и сама Лена сложа руки не стала сидеть, сумела найти хорошую удалённую работу. Так чудесно всё вышло с работой, что она и сама не верила в удачу. Только в один прекрасный день, гуляя с мальчишками в сквере, ей из-за ветра прямо в лицо прилетел листок, которые обычно клеят на доски для объявлений. Объявление было о поиске сотрудников для корректировки текста, для удалённой работы. Имея педагогическое образование, уж с чем, с чем, а с русским языком Лена была на «ты»! Странно, но на листке была только одна неоторванная полоска с номером. «Позвонить, что ли», — думала девушка, вертя листок в руках. И, словно услышав её мысли, Сенька вдруг вынул из сумки телефон и сунул ей в руки. Вообще, говоря про Семёна, Лена замечала в нём некоторые странности. Нет, он совсем не был дурачком, каким когда-то его назвала девочка из детдома. Он был тихим и спокойным мальчиком, но иногда Лене казалось, что в его маленькой головке зреют мысли совсем не маленького мальчишки. Забрав Сеньку домой, Лена не пожалела об этом ни разу. Не пожалела хотя бы потому, что с тех пор, как он появился в их жизни, у Миши если и не совсем исчезли приступы, то точно сошли на такой минимум, от которого даже врачи, мягко говоря, делали удивлённые лица. То ли сказывалось то, что у мальчиков появились общие интересы и Мишке некогда было думать о своей болячке, то ли сам Господь в благодарность за одну принятую в семью израненную душу решил смилостивился над Леной. Лена часто замечала, как Сенька гладит Мишку по голове. Мише это нравилось. Семён хоть и был младше Михаила на два года, но иногда вёл себя так, словно это он старший. Однажды, когда Елена укладывала мальчишек спать и Семён уже посапывал во сне, сын ей сказал: — Мам, мне сегодня вдруг стало так плохо, как будто сильно зажали голову. Я вспомнил, что так было перед приступом, и очень испугался, но ко мне сразу подлетел Сеня и, взяв моё лицо в ладошки, заглянул прямо в глаза. Он держал моё лицо до тех пор, пока у меня не перестало сжимать в голове, а потом он улыбнулся и сильно-сильно ко мне прижался. Мам, я так рад, что мы забрали Сеню домой! Лена слушала сына, а по её щекам катились слёзы. Конечно,она понимала, что мальчик тут ни причём, но слова сына были настолько искренними, что её душа, словно маленькая птичка, трепетала от исходящего от этих слов добра. Лена любила каждого из них, она не делила свою любовь на родную и приёмную, она просто жила, каждую минуту наслаждаясь общением с сыновьями, а ребят вполне устраивало общество друг друга. Однажды они втроём сидели перед телевизором и смотрели фильм. Сюжет вертелся вокруг деревенской ребятни, которая искала приключений, попадая в разные переделки. — Вот было бы здорово жить в деревне! — бросил невзначай Михаил. — Да-а, — мечтательно произнёс Сеня и поднял глаза к потолку, словно там была нарисована воображаемая им картина. — Ну уж, мальчики, — улыбнулась Лена. — Мы хоть и не едим пустой хлеб, но на собственный дом точно накопить не сумеем. — Вот когда я вырасту, — продолжил Миша, — я устроюсь на хорошую работу и обязательно куплю нам дом! — Вот когда вырастешь, тогда и поговорим, — щёлкнула Лена пальцем по носу сына. — А пока всем спать! Завтра придёт тётя Нина и на пару часов меня заменит. Мне нужно отъехать по делам. Тётя Нина была соседкой по площадке и иногда, если Лене нужно было отлучиться, она с удовольствием оставалась дома с ребятами. Тем более что, каждый раз уходя к себе домой, она заговорщики подмигивала Лене и говорила, что, когда она приходит к мальчикам, ей будто добавляют пять лет жизни. Так хорошо после общения с ними она себя чувствовала. Лена только пожимала плечами и шутила, что в квартире спрятана батарейка, которая и заряжает тётю Нину энергией. На следующее утро, впустив соседку в квартиру, Лена побежала по делам. На сегодня у неё была назначена встреча с работодателем. Нужно было подписать кое-какие бумаги и получить деньги за выполненную ранее работу. Денег за заказ вышло хоть и немного, но для их маленькой семьи они были очень важным и нужным дополнением. Тем более что к осени нужно было одевать ребят в новые курточки. Из старых они как-то незапланированно выросли! Подписав бумаги и забрав сумму, Лена спрятала её поглубже в сумочку и направилась домой. Заскочив в магазин и прикупив для детей вкусностей, она пришла на вокзал и стала ждать автобус до своего района. В какой момент и из какого угла перед ней появилась цыганка, Лена даже не поняла. — Ай, красивая, дай погадаю, — вдруг произнесла та и схватила Лену за руку. — Не нужно мне ничего, — испуганно отдёрнула руку девушка. — Почему не хочешь судьбу знать? Всю правду скажу, — настырно продолжала цыганка, внимательно вглядываясь в лицо Лены. Девушка было попыталась оглянуться в поисках поддержки, но на остановке, как назло, никого не было. — Ай, не беги от меня, красивая, — говорила цыганка и смотрела прямо в глаза. Потом она ещё что-то говорила и смотрела, смотрела, смотрела, не отводя ни на секунду своих чёрных глаз от глаз Елены. Из ступора девушку вывел голос: — Девушка, вам плохо? Лена, словно проснувшись, открыла глаза. Перед ней было приветливое лицо парня. — Нет, нет, — пробормотала Лена, пытаясь понять, где она находится и что с ней случилось. Подошёл автобус, народ с остановки погрузился в него, и девушка вновь осталась в одиночестве. Взглянув на часы, она ужаснулась. Без четверти пять. А ведь к остановке она подошла в три часа дня! Голова нещадно болела. Потихоньку к Лене стали возвращаться обрывки сознания. Вот она на встрече, вот в магазине покупает мальчишкам сладости, а вот… Цыганка! Лену словно прошибло током. Её сумка стояла рядом с ней на лавочке, но заглянуть в неё она боялась. Резко выдохнув, Елена запустила руку внутрь. «Так и есть», — горько усмехнулась девушка и закрыла лицо руками. Денег, полученных за работу, не было. Ещё раз внимательно изучив содержимое сумки и не найдя денег, Лена расстроилась окончательно. «Вот вам и курточки новые, — горько думала она, — вот вам и поездка в зоопарк». Пошарив по карманам и найдя нужное количество мелочи, Елена села в подошедший автобус и поехала домой. Дома её встретила встревоженная тётя Нина. Услышавшая шёпотом рассказанный инцидент, она расстроилась ещё больше. Понимая, как тяжело придётся семье без этих денег, и с неприятным осадком на душе женщина ушла домой. Приведя себя в порядок, Лена присела на диван и закрыла глаза. — Мам Лен, что-то случилось? — услышала она заданный Семёном вопрос. — Нет, мой хороший, просто у мамы сильно разболелась голова, — подавленным голосом произнесла девушка, стараясь сдержать слёзы. Спустя секунду Сенька взгромоздился на колени матери и прижался к её голове своей соломенной шевелюрой. — Сейчас, мам, — бормотал он и гладил Елену по щеке. — Сейчас всё пройдёт. И словно мягкий туман разлился в голове, уводя её с собой туда, где отсутствует боль и проблемы… — Эй, вы чего тут? Уснули? Михаил, закончивший делать домашнее задание, отправился на поиски семьи и нашёл их сидящими на диване в объятиях друг друга. — Ш-ш, — тихо прошипел Сеня, поднеся палец к губам. — Мама спит, — шёпотом сказал он и тихонько слез с коленей Елены. Спустя час Елена проснулась. Головной боли как не бывало, и чувствовала она себя великолепно. В прекрасном настроении она пошла к ребятам в комнату и провела с ними весь вечер. Утром в решительном расположении духа открыла входную дверь, впуская тётю Нину. — Ох, Леночка, может, не надо? — с порога сказала та. — Ну где ты её теперь найдёшь? Цыганка ведь, как ветер в поле! — Ну, не найду, так не найду, тёть Нин. Но всё равно попробую. Может, она на вокзале ошивается, и таких, как я, дурочек ловит. — Ох не знаю, Леночка, — сказала тётя Нина и тут же осеклась. Лена обернулась. Позади неё стоял Семён. — Мам Лен, возьми меня с собой, — попросил мальчик. — Ну, раз уж ты всё слышал, то должен понимать, что я иду не на прогулку, — ответила ему Елена. — Я знаю, — сказал мальчик и, внимательно глядя на Лену, опять попросил. — Ну мамочка, возьми меня с собой. Не понимая, как и — главное — зачем, Елена сказала «да». Вот уже час они шатались по вокзалу в поисках мифической цыганки. Елена уже отчаялась её найти, как вдруг услышала уже знакомое: — Ай, красивая, дай погадаю. Обернувшись на голос, Елена увидела ту, которая вчера лишила её зарплаты. Цыганка крутилась вокруг молодой девчонки и настойчиво хватала ту за руки. Подойдя к ней, Лена произнесла решительное: — Здравствуйте! Отвлёкшись от своей жертвы, цыганка с удивлением уставилась на Елену. — Ну здравствуй, — недружелюбно ответила она, опуская глаза на Семёна. — Чего тебе надо? — Вчера вы взяли у меня кое-что, — робко продолжила Лена. — Я? — надменно произнесла цыганка и упёрлась руками в бока. — Я ни у кого ничего не беру! Мне сами всё отдают, — гордо произнесла она. — Нет, вы всё же взяли, — повторила Елена, — и если вы не хотите, чтобы я обратилась в милицию, то… Договорить девушка не успела. — Что-о?! — покраснев от гнева, заорала цыганка. — Ты меня пугать вздумала?! Люди добрые! — орала она, играя на публику. — Вы посмотрите на неё! Пугать она меня вздумала! Нищую цыганку! Думаешь, я управы на тебя не найду? — Тише, — увещевала Елена, — зачем вы так кричите? Я же с вами по-хорошему. — По-хорошему? — продолжала орать та. Чуть поодаль уже образовалась толпа зевак в надежде увидеть развязку. — Бесстыжая! — противным голосом кричала цыганка. — Сама где-то шлялась, деньги потеряла, а на меня свалить хочешь?! Ещё и ребёнка своего приволокла, чтоб людям на жалость давить. Лена стояла с красным от стыда лицом. Люди, стоявшие рядом, с любопытством разглядывали молодую женщину с ребёнком, а цыганка, надрываясь. сыпала обвинениями и причитаниями. И вдруг маленький Сенька отцепил свою ручонку от руки матери и вплотную подошёл к цыганке. Он взял её за руку и посмотрел на неё снизу вверх. Лена с непониманием смотрела на сына. Опешив от поступка мальчика, цыганка на секунду замолчала, но, быстро придя в себя, отдёрнула руку и заорала вновь: — Да что же это такое, люди добрые?! Откуда ни возьмись вокруг них появилась ещё толпа цыган, и Елена, краснеющая от стыда, схватила Семёна и побежала прочь с вокзала. Как она добралась до дома, она не понимала. В голове, словно назойливая дрель, звучал голос цыганки. Похожая на зомби, она вошла в квартиру и, буркнув тёте Нине что-то типа: «Это был самый ужасный день в моей жизни», — рухнула на кровать и уснула. Проснулась Лена ночью. В комнате была темнота и тишина. Почему-то в эту ночь мальчишки легли спать с ней, прижавшись к матери с разных сторон. Не желая будить сыновей, Лена устроилась поудобнее и снова заснула. После того случая прошла неделя. Денег пришлось просить у Сергея. Впрочем, он и не собирался жадничать или отчитывать Лену за глупый проступок, о котором она ему рассказала. Сергей просто дал денег, не задавая лишних вопросов. С тех пор, как они расстались, с огромным удивлением приняв единственную просьбу Лены об усыновлении мальчика, Сергей смотрел на жену совсем другими глазами. Конечно, он понимал, что поступает подло, оставляя её наедине с трудностями, но по-другому он не мог, считая, что так будет честнее, нежели приходить домой в плохом настроении и срываться на и без того уставшей жене. Он встречался с женщинами, но заводить семью больше не хотел. Тем более что при необходимости он приезжал к Елене и сыну и вполне восполнял свои потребности в семейной жизни, проводя с ними весь день, слушая взрослые рассуждения сына Михаила о том, как они с мамой и Семёном мечтают купить дом в деревне и перебраться туда. Семён в такие дни нехотя выходил из комнаты, словно не желая отнимать у мишки минуты, проведённые с отцом. Сергей же с интересом поглядывал на приёмного сына и хоть не испытывал к нему каких-либо чувств, но и не отталкивал его, если мальчик подходил к нему с каким-либо вопросом. Лена же, несмотря на поступок мужа, не переставала его любить. Тихо и незаметно она ждала, когда он приедет, впрочем, не особенно заморачиваясь его отсутствием. С двумя детьми ей некогда было быть в одиночестве. Тем более что чем старше становились мальчики, тем легче становилось и ей. С того случая с цыганкой прошёл месяц, и Елена уже стала забывать неприятный инцидент, как вдруг в один из вечеров в дверь позвонили. Открыв замки и распахнув дверь, девушка замерла в удивлении. На пороге стояла та самая цыганка. — Что вам нужно? — нахмурившись, спросила Лена. Цыганка прищурился глаза и раздражённо ответила: — У тебя есть то, что принадлежит мне! — Наверное, вы что-то путаете? — воскликнула Елена. — Это вы как раз забрали себе то, что принадлежало нам! — резко бросила она. — Отдай моё! — с некоторой злобой опять произнесла цыганка. — Да послушайте вы! Как у вас вообще хватило совести заявиться ко мне? — раздражённо произнесла Елена. — Я не к тебе обращаюсь! — зло бросила цыганка. — Отдай силу! Я откуп дам, — продолжала она. И только тут Елена заметила, что цыганка смотрит совсем не на неё. Обернувшись, девушка заметила Семёна. Мальчик только что сполз с постели и сейчас стоял босыми ногами на холодном полу. Семён сделал несколько шагов и оказался впереди матери, прямо перед цыганкой. Он спокойно смотрел на неё снизу вверх и не произносил ни слова. — Отдай силу, — повторила женщина. — Возьми, — сказала она, протягивая мальчику свёрток. Семён протянул руку и, забрав свёрток, передал его в руки матери. Затем он подошёл к цыганке вплотную и снова, как в прошлый раз, взял её за руку. Так он постоял с минуту, неотрывно смотря в лицо женщины, а потом просто развернулся и пошёл обратно в квартиру.Цыганка же, не проронив ни слова, пошла вниз. Лена стояла перед пустым коридором с открытой дверью и держала в руках свёрток непонятно с чем. Вся ситуация была для неё настолько дикой, что она, словно отупев от происходящего, крутила головой из стороны в сторону, не зная, как ей поступить и что делать. В конце концов, придя в себя, она закрыла дверь, положила свёрток на кухонный стол и пошла в комнату к мальчикам. Мишка спал, тихонько посапывая на подушке. Семён лежал с открытыми глазами. Он знал, что мать придёт за объяснениями. И Елена пришла. Присев на край кровати, Лена погладила Семёна по голове и спросила: — Сенечка, что это было? О какой силе говорила эта женщина? — Мам Лен, вот зачем она тебя обидела? Ведь ты же не украсть у неё хотела, а она плохо поступила. Так нельзя себя вести, — выдал тираду мальчик. Конечно, это был не тот ответ, который хотела услышать Елена, но настаивать девушка не стала. В конце концов, ещё тогда, за забором детского дома, ей сказали, что Семён не такой, как все. Он просто другой. Стоит ли копошиться в чужой душе и допытываться правды, если она любит его и таким, немножко другим? Чмокнув мальчика в соломенную макушку, мать пошла на кухню. Развернув свёрток, принесённый цыганкой, она обомлела. В руках Елена держала крупную сумму денег. «Велика же была её сила, — подумала Лена, — раз она дала за неё такой откуп». Сумма была настолько внушительная, что у Лены не осталось сомнения, — следующим летом они обязательно купят себе дом в деревне.© Автор Юлия Скоркина.
  10. Реву... Спасибо вам!
  11. @Полночь Давайте сперва вы свою сагу до конца, а потом я тоже сагу выложу). У вас Лёшенька, а у меня пять историй про Сеньку. А то получается, что я одна простыни ваяю, не умею как вы, складно, да коротенечко) Даёшь литературный сериал!
  12. Тоже решила по любопытствовать. Интересно, что ваше мнение разделил и Гугл. В запросе когда я набрала "Репин Манифестация" поисковик тут же выдал продолжение - "с чертями"
  13. Николка сидел тихо-тихо, боясь потревожить сон матери. Мама— это единственный родной для него человек на земле. Отца забрали на войну, когда Николке было девять. Мама очень переживала. Через полгода принесли похоронку, а ещё через полгода мама слегла. С едой было совсем туго, но мальчонка не расстраивался: он видел, что в деревне мало кто жирует. «Нам с мамкой ещё повезло, — думал мальчик. — Нас всего двое. А у Смолиных детей четверо, поди их прокорми». Николка очень старался помочь матери. Если кто-то просил в деревне подсобить, бежал первым, но чем может помочь маленький мальчишка?! Хотя на безрыбье, как говорят, и рак рыба. Всех здоровых мужиков на фронт отправили, так что и с мальца можно было пользу поиметь. Пусть и маленький, а всё ж мужчинка. Старухам в деревне за еду трубу прочистить да малоли чего ещё.К своим десяти годам Николка многому научился, даже заборы латал, дрова колол, воду носил, в огороде хозяйничал. Лето —такая пора, что смотри, не зевай, а то оставшуюся зиму будешь пустой заваркой кормиться. — Николка, — вдруг услышал мальчик. Это кричал Васька. Нужно было быстрее выбегать из дома, чтоб тот своим криком не разбудил мать. — Чего тебе? — вылетел из сеней Николка. — Мы это, по грибы сходить бы. Говорят, белые пошли. — Грибы — это хорошо, —задумчиво произнёс мальчик. — Насушить бы, зимой можно супа грибного наварить. В голове Коли были постоянные планы на будущую зиму. «Только бы мамка поправилась, — думал он, — а уж провиантом я обеспечу». Больше всего на свете мальчик боялся остаться в этом мире один. Если с мамкой что случиться, путь всяко плох —или скитайся, или в детдом. И о том, и о другом он даже думать не хотел, и, если остальные мальчишки в своих редких мечтах говорили о каких-то детских фантазиях, Николка мечтал об одном —чтоб к мамке вернулись силы и она выздоровела. Ольга, мать Николая, была хорошей женщиной, несчастливой только. Сама сиротой росла. Отец в лесу сгинул, а мать болячку какую-то подцепила. Лекарь пару раз приезжал, нокому они нужны в своих деревнях? Так и померла, оставив дочь на попечение своей старшей сестры, которая, как казалось Ольге, уже тогда древней старушкой была. Всё хозяйство на ней было, никогда не жаловалась в благодарность, что тётка её в детдом не сдала. Вскоре и тётка померла. Опять одна осталась. Как время жениться пришло, к ней Иван посватался. Хорошо жили, ладно, любили друг друга, ребёночка народили. И война грянула, как гром. Всех мужиков с деревни как ветром унесло, будто и не было их.Тяжело бабам пришлось. У кого скот, у кого детей полна хата и на работу в колхоз надо… Голодно в деревне стало. Конечно, огороды спасали, и тем, кто не ленился летом, зимой полегче было. Но были в деревне и такие, кто о насущном мало думал. В самом конце улицы стоял дом. В нём жила баба Нина с дочкой Ириной. Сама бабка была старой и неприятной, да и дочь от матери недалеко ушла. Детей не имела, замужем не была, вековала свой век с матерью. В деревне с ними мало кто общался. Поговаривали, делишки чёрные крутит бабка. А ещё очень уж завистливые обе были и до добра чужого охочи. Бабка Нинка-то из дому уж почти и не выходила, а Ирина-то часто по улице прогуливалась да на дворы чужие пялилась. У кого что появилось да кто как живёт. Платок по самые брови натянет и ходит,зыркает. На что жили и как, то соседям неведомо было, да и не лезли к ним особо: а вдруг и правда бабка с нечистым якшается, ни к чему людям проблемы… Вернувшись в сени за корзинкой, Николка услышал голос матери. — Чего, мамуль? — влетел мальчик в комнату. — Ты куда собрался Коленька? — устало произнесла мать. — Мы с ребятами по грибы. А ты чего встала-то? Я в огороде всё полил, воды натаскал в дом. Ольга улыбнулась и поцеловала сына в макушку: — Что бы я без тебя делала, —сказала она и, перекрестив сына, наказала в лесу быть осторожнее. Николка убежал на улицу, а Ольга собиралась прибраться в доме. Она и сама не знала, что с ней, может, как у матери хвороба какая неизвестная. Только слабела она день ото дня. Смерти боялась только из-за Николки — на кого сына оставит? Эти мысли и заставляли каждый раз вставать да собираться. Только в выходные, как сегодня, почти с постели не вставала, а в понедельник снова в колхоз надо. Пятеро мальчишек брели по лесу, вороша ногами опавшую листву. Грибы не попадались. Так уж, сыроежки червивые да маховики. Бродили-бродили, да так и не нашли ничего стоящего. Сели передохнуть. — Вот бы скит этот заброшенный найти, — мечтательно произнёс Егор. — Какой скит? — спросил Николка. — Эх вы, неужто не слыхали? В лесу нашем раньше стоял древний скит с монахами. Но по неизвестной причине монахи покинули его. Говорят, что в ските этом лежат сокровища, а в самом центре источник есть, из которого кто выпьет, то вмиг от любой хвори вылечится и даже помолодеет! Только штука в том, — продолжал рассказывать Егор заговорщицким голосом, — что скит этот есть в самой чаще леса, но выйти к нему никто не может. — А почему не может? — спросил Васька. — Кто ж его знает, просто. Только ведьмы ведают, — ответил Егор и многозначительно поднял указательный палец вверх. — Эх, ладно, — продолжил он. — Засиделись уже, мамки поди искать нас собрались, пойдёмте до дому. Егор был самым старшим из ребят и потому не верить ему остальные не могли: старше, значит, знает больше. Бредя до дома, каждый думал о своём. Кто о сокровищах, а Николка —об источнике том, что здоровье даёт… На следующий день вся ребятня собралась на завалинке. Первым разговор начал Васька: — Егор, мне твой вчерашний сказ житья не даёт. А ну как и правда сможем скит найти? Сокровища сыщем. — Вот ты дурень, Васька, — ответил парень. — Сказано же, что не каждому тропа та открывается. А ну как в лесу сгинем! В чаще сам знаешь какие топи есть. — Знаю, — грустно ответил тот. — И даже попробовать не хотите? — с надеждой на всякий случай спросил он. — Я бы попробовал, — ответил Колька. — Вот вы упрямые, как вы дорогу-то найдёте? — злился Егор. — Ты же сам сказал, что только ведьмам известно, как тропу найти, — произнёс Коля. — Ну и? — не понял Егор. — Пойду к бабке Нинке. Её же ведьмой кличут, вот пусть она мне путь и укажет! — пояснил Николка. — Прям сам пойдёшь к ведьме? — вытаращил глаза Васька. — Пойду! — твёрдо ответил Коля. — Вам сокровища нужны, а мне к источнику тому пробраться надо! Спустя пятнадцать минут Николка стоял возле калитки бабы Нины. Двое друзей с замиранием сердца выглядывали из-за огромного дуба, стоящего на противоположной стороне улицы. Открылась дверь дома, и, не спеша, навстречу Николаю вышла Ирина, дочь бабы Нины. — Тебе чего? — сердито спросила она. Ира терпеть не могла детей. Вовремя не обзаведясь своими, сейчас на других она смотрела, как на досадную ошибку, считая их просто лишними ртами в семье. — Я это, — замямлил Николай. — Мне бы с бабой Ниной поговорить. — Ишь, чего захотел! — рявкнула Ирина. — Говори, чего надо, или иди отсюда. Набрав в лёгкие побольше воздуха, Николай выпалил: — Я про скит заброшенный узнать хочу. Глаза женщины впились в мальчика. Было видно, что она о чём-то думает. И вдруг её вечно злобное лицо словно распрямилось, она скривила губы, выдавливая улыбку и отворила калитку. — Проходи, Коля, —сказала она. — Тебя ведь Колей кличут? Это ведь твоя мамка хворая? — Моя, — ответил мальчик. — А откуда вы знаете? — Знаю, мы ведь, Коленька, такие, мы болезнь чуем. К нам просто так не приходят. Николай шагнул во двор и, пройдя по протоптанной тропинке, скрылся в доме. В доме колдуньи было темно. Пахло засушенной травой и ещё чем-то неприятным; этого запаха Коля не знал. — Проходи, проходи, — слегка подтолкнула его Ирина. Войдя в большую комнату, мальчик осмотрелся. Большая, почти во всю стену печь, деревянный стол у окна, широкий комод, на котором стояло всевозможное количество пузырьков с разноцветной жидкостью. В углу стояла кровать, и на ней кто-то лежал. — Мама, — вдруг услышал он голос Ирины. — Посмотри, кто к нам пришёл. Одеяла на кровати зашевелились, и из-под них показалась маленькая, сморщенная старушка. — Кто это? — недовольно произнесла она. — Кого чёрт приволок? — Не шуми, мама, — слащаво продолжала Ирина. — Это Николка с другого конца улицы. Помнишь, я тебе рассказывала, что в деревне баба хворая живёт. Так вот это сын её. — И чего ему надо? — продолжала недовольная старуха. — Николай тебя про скит древний спросить хочет. Бабку словно подменили. Она свесила ноги с кровати и с интересом уставилась на мальчика. — А зачем тебе про скит знать? — спросила она, прищурившись. — Надо, — недружелюбно ответил Николка. Где-то внутри живота у мальчика неприятно шевелилось, словно всё его нутро хотело, чтоб он поскорее убрался из этого дома. Но отступить он не мог. Сегодня ночью маме было совсем плохо. Она задыхалась, и он сидел подле её кровати, держал за руку. — За сокровищами поди собрался? — ехидно спросила старуха. — Нет, — буркнул Николка. — Мамка болеет, воды с источника набрать надо. — И сокровища даже не нужны? — упорствовала бабка. — Сказал же, не нужны, — насупившись, ответил мальчик. Губы старухи растянулись в улыбке, от чего её лицо стало ещё противнее. — Скажешь, как скит найти? — смотря исподлобья, спросил Николка. — Скажу, — ответила бабка Нина, внимательно смотря на него. — Тут ведь, понимаешь, в чём штука, — продолжила она. — Скит этот не всем показывается. Хозяин леса хранит дороги к нему и чует он, если в скит за наживой идут. А ты, — бабка ткнула своим костлявым пальцем в грудь Николки, — ты идёшь с другой целью. Может, тебе повезёти откроется дорога. Идти тебе в самую глушь лесную по тропе, что вдоль болота идёт. А как тропа закончится, так смотри, не зевай, ищи подсказки. Если лесной хозяин разрешит тебе в скит пройти, подсказки будут. А коль не будет их, так уж не взыщи: ему лучше знать, кому в тот скит нужно, а кому —нет. Я вот в своё время тоже ходила, искала, — продолжала старуха. — Уж сколько дорожек лесных истоптала! И скажу тебе по секрету, даже помощь призывала тайную, но не нашла. Не пустил меня лесной хозяин в скит. — А кто это, лесной хозяин? — спросил Николка. Он слушал бабкины наставления, и в его голове рисовались замысловатые картины: хозяин леса, болото, подсказки… Если честно, был момент, когда сердце ребёнка дрогнуло и хотелось уйти поскорее из этого дома и от этой неприятной старухи, но тут же в глазах встал образ больной матери и мальчик решил узнать от старухи чуть больше. — А кто ж тебе скажет? — противно захихикала бабка. — Он в гости на чай не приходит, от людского глаза в дебри уходит. — А не обидит? —спросил Николай. Где-то глубоко внутри всё же сидел страх. — А это, как себя вести будешь, — ответила бабка, внимательно глядя на Николку. Больше у мальца вопросов не было, и, попрощавшись со старухой и её дочерью, он пошёл прочь из дома. — Как думаешь, найдёт? — спросила Ирина, обращаясь к матери, как только за мальчиком закрылась дверь. — Надеюсь, — ответила старуха. — Наконец-то у меня появился шанс! За ним проследи да смотри, чтоб не заметил! Если откроется ему дорога в скит, ты за ним туда не ходи. Пусть сам воды наберёт. А, как обратно соберётся дождись, когда до болот дойдёт, бутыль отними, а его самого в трясину столкни. Топь его быстро к себе приберёт. Сгинет, и следа не будет. Справишься? — спросила она. — С ребёнком кто ж не справится, — ехидно прохихикала Ирина. — Времени у меня совсем мало осталось. Не подоспеешь с водой — помру вскоре. А уж как мне этот срок оттянуть надо, сама знаешь. За мои проступки черти, что мне всю жизнь служили, так за меня ухватятся! На части рвать будут. Так что смотри, не опростоволосься, — сдвинула брови бабка, — а то прокляну! — Так и сказала: хозяин леса? — спрашивал Егор Николку. — Да, — ответил тот. — Говорит, что, если знаки будут, значит, откроет он мне дорогу в скит. — Что-то боязно мне, — встрял в разговор Васька. — А ну как погубит нас этот хозяин. — Я на вас и не рассчитывал, — хмуро отозвался Николай. — Если со мной не пойдёте, то я один справлюсь. — Подумаешь, храбрый какой нашёлся, — обиженно произнёс Васька. — Хочешь один сокровища сыскать, да и пожалуйста. — Мне сокровища не нужны, — ответил Николай. — Я за другим пойду. — А не страшно одному будет? — спросил Егор. — Страшно, но я всё одно пойду, мамка совсем плохая. Мне позарез вода из источника нужна. — Ладно уж, — немного подумав, произнёс Васька. — С тобой пойду. Друзей в беде не бросают. Может, нам повезёт, и мы сокровища сыщем. — А я не пойду, — виновато произнёс Егор. — Кроме меня, у мамки трое детей, и если со мной что-нибудь случится, кто ей помогать будет? Мальчишки не нашли, что ответить другу. Да и нужно ли было? Каждый для себя уже всё решил… В эту ночь Николка спал плохо. Снились какие-то кошмары. Хозяин леса в виде старого, косматого деда пытался выведать у него, зачем ему понадобилось найти заброшенный скит. Проснулся рано утром хмурый. Наврал матери, будто они с ребятами на весь день собрались на речку. Собрал в узелок нехитрую еду: несколько ломтей хлеба, варёную картошку, — и вышел из дома. На краю деревни Николая уже поджидал Васька. — Страшно что-то, — сказал Васька. — И мне страшно, — ответил Николка. — Если не пойдёшь, я не обижусь, Вась, ведь это моя мамка болеет. — Пошли уж, — насупившись, произнёс Васька, — пока не передумал. И, повернувшись лицом к лесу, зашагал вперёд. Николка двинулся следом. Мальчишки шли вглубь леса, не подозревая, что за ними пристально следят два злобных глаза, недовольные тем, что в чащу Николка пошёл не один. А это значит, что ещё одной проблемой стало больше. — Вот же мерзавец, —сетовала Ирина. — Так и знала, что какой-то подвох будет! Угораздило же второго с ним пойти. Ну ничего, оба в топи сгинут, одним ртом в семье меньше станет! — Коль, а если мы не сможем скит сыскать? Что делать будем? — спрашивал Васька. — Я не могу не найти, — серьёзно ответил Николка. —Если мамка не вылечится, я совсем один останусь. Я должен его найти! — Ну, это ж не от нас зависит, —продолжал вслух размышлять Вася. — А ну как хозяин леса не откроет нам дороги?! Может, он вообще людей не любит. — Конечно, не любит. Бабка Нина так и сказала, что он от людского взора прячется. Дальше мальчишки пошли молча, воображение каждого из них рисовало свою картину с хозяином леса. — Тише, — вдруг остановился Николка. — Слышишь? — Ничего не слышу, — отозвался Васька. — Куда слушать-то? — Да тише ты! — цыкнул Коля. — Послушай, как птица кричит. Будто надрывается. Васька наклонил голову, словно ухо, оказавшееся выше, станет слышать лучше. — А и правда,— сказал он, чуть помолчав. — Не поёт будто, а кричит. Потихоньку мальчики двинулись на звук. Пройдя пару метров, за деревом они действительно увидели птицу. Пернатая попала в силки и, изо всех сил пытаясь выбраться, рвалась на верёвке. — Может, прибить её? Тогда вечером её можно будет зажарить, — без тени сомнения сказал Васька. — Ты совсем, что ли? — воскликнул Николка. — Она же не ранена! Надо просто выпутать её. — Да подумаешь, — как будто обиженно ответил Вася. — Я ж не для себя стараюсь! Я о нас беспокоюсь. Кто знает, сколько нам ещё тут бродить. Николай ничего не ответил другу. Он подошёл к мечущейся птице и, слегка сдавив её ладошкой, выпутал из силка. Как только он убрал руку, птичка взмыла в высь. Николка поднял вверх голову и, сморщив нос, смотрел в небо. Он улыбался. — Ну вот, — пробормотал Васька. — Без ужина остались. — Не ругайся, — примирительно сказал Николка. — Привал сделаем, я картохи с хлебом набрал. Ещё около часа ребята брели в никуда, всё глубже уходя в чащу. — Устал я, — сказал Васька. — Давай привал сделаем, отдохнём чуток? Николка согласился. Развели небольшой костерок, из узелка Николай достал свой нехитрый обед. Нанизав хлеб на палочку, Васька принялся его обжаривать на огне. Спустя несколько минут ребята за обе щёки уплетали хрустящие куски вприкуску с варёной картошкой. Чуть отдохнув и перекусив, ребята тронулись в путь. Впереди их ждал самый опасный участок леса. Здесь вперемешку с твёрдой землёй шли участки топи. Местами топь так зарастала кочками мха, что с виду казалась вполне обычной тропинкой. Идти нужно было осторожно. — Смотри, — вдруг сказал Васька и указал пальцем к началу болота. Там, почти у самого края, билась сова. Перья на крыльях намокли и были в болотной жиже. Птица тщетно пыталась взлететь, но ей это никак не удавалось. Она хлопала по трясине, словно отталкиваясь от неё, но от этого на крылья только больше грязи налипало. — Да что ж такое с этими птицами сегодня! — в сердцах воскликнул Николка. — То в силки попадаются, то в болоте тонут, — и мальчик сделал шаг по направлению к ней. — Стой, — схватил Васька Николая за рукав. — Ты куда? — Как куда? — не понимая вопроса, спросил Николка. — Помочь. Она же утонет! Её надо на сушу вытащить. — Вот ещё, за птицу так переживать. Да и пусть себе тонет, а нам идти надо! Не дай Бог сам провалишься, тогда точно обратно пойдём! — Да ты что, Васька! — воскликнул Николай. — Неужто не жалко? Она ведь живая! — И что, что живая? Ты вообще собираешься сокровища искать? Или только глупых птиц спасать будешь? — распалялся Василий. — А я не за сокровищами иду, — ответил Николка. — Я иду за водой, чтоб мамку вылечить! А то, что я душу живую спасаю, так что ж тебе, жалко, что ли?! И ту птицу съесть хотел, и эту бросить. Знаешь, Васька, не знал я, что ты такой злобный. — Я злобный? — крикнул Васька. — Ну и иди свою глупую сову спасай, раз такой добренький выискался! И вообще тогда один иди! Не за сокровищами он собрался! Чего я вообще с тобой попёрся! Мальчишки так и пререкались друг с другом, стоя у края болота. А в зарослях, чуть поодаль, следившая за ними Ирина потирала руки от радости. О чём она и мечтать не могла, сбылось: повздорили Васька и Николка. Василий, выкрикнув Николаю, что больше тот ему не друг, развернулся и пошёл в обратном направлении. Николка остался один. Вытерев рукавом предательски заблестевшую слезинку, мальчик не стал окрикивать друга, а молча смотрел, как тот уходит, окончательно скрываясь из виду за деревьями. «Хлюп-хлюп», —опять послышалась попытка совы вскинуть крылья. Шмыгая носом, Николай огляделся. Взгляд упал на подходящую палку, достаточно длинную, чтоб опереться на неё, пробуя почву под ногами.Что делать с совой и как её спасти, он даже не представлял. Подойдя совсем близко, мальчик потыкал палкой в почву перед собой. Конец палки тут же провалился в трясину. Сова, словно понимая, что ребёнок хочет ей помочь, перестала биться и затихла. — Что же делать, — сказал Николка вслух сам себе. Дотянуться до птицы руками он не мог. Подойти ближе тоже не представлялось возможным. Единственное, что он мог сделать, — это протянуть палку так, чтобы один её конец плюхнулся в трясину рядом с птицей. На что надеялся Николка, он не знал, только словно по волшебству, как будто птица смогла прочитать мысли ребёнка, сова вдруг уцепилась крючковатым клювом за конец палки. Ребёнок осторожно потянул её на себя, почти полметра смог он протащить птицу по глади грязной жижи. Сова выпустила палку из клюва. Мальчик проделал ту же манипуляцию, и опять клюв птицы сомкнулся на конце палки. В этот раз протянуть получилось подальше, и вот уже сова оказалась в пределах руки ребёнка. Николка осторожно подхватил птицу. От грязи на перьях крылья безвольно свисали. Поискав глазами что-то подходящее, он увидел толстое поваленное дерево чуть вдалеке. К нему и пошёл. Посадив сову на покрытый мхом ствол, Коля тихо отошёл от неё. Вдруг за спиной хрустнула ветка. Николка резко развернулся. В паре метров от него стоял кто-то косматый. Весь в прилипших сухих листьях, он смотрел на мальчика злыми красными глазками. От страха Николай зажмурился. Ничего не происходило. Понимая, что с пугающим существом всё же придётся столкнуться, ребёнок выдохнул и открыл глаза. Он стоял в лесу совсем один. Николка крутил головой в разные стороны, но взгляд так и не зацепился ни за что. Никакого лесного чудища рядом не было. Так же пропала и сова: дерево, на котором несколько минут назад мальчик оставил птицу, было пустым. Пересилив свой страх, Николка снова тронулся в путь. Сколько мальчик шёл по лесу, он не знал. Вдруг Николка услышал странный звук.В лесу раздался звук колокола. Не громкий, не праздничный перезвон, а тихий мелодичный удар одного небольшого колокола. Прислушиваясь, мальчик шёл на звук. С каждым шагом он был слышен всё громче и отчётливее. Лес вокруг сделался словно гуще, деревья росли, почти прижавшись друг к другу. Пролезая через очередные заросли, Коля выбрался на поляну. На ней стояла небольшая деревянная церквушка, обнесённая плотным бревенчатым забором. Потемневшие от времени стены, растрескавшаяся древесина… — Древний скит, — прошептал Николка. — Нашёл! Нашё-ёл! —смеясь, прокричал он. И словно в ответ ему, прозвучал последний удар колокола. Мальчик подошёл к воротам и тихонько толкнул их. Протяжно заскрипев, они медленно раскрылись перед ним. Во внутреннем дворе Николка стоял с открытым ртом и разглядывал древнюю постройку. Вокруг не было ни звука, даже ветер не пытался попасть сюда. Разглядывая почерневший сруб, мальчик думал о том, сколько же времени здесь никто не жил. Входить внутрь не стал, смотреть, есть ли внутри сокровища, Николке было без надобности. Ему нужен был источник, и он решил пройтись вокруг скита. «Так странно, — думал ребёнок. — Вроде заброшен и пустует, а внутри порядок, камешек к камешку, травинка к травинке, никаких тебе зарослей крапивы и бурьяна, которые начинают хозяйничать в огородах и палисадниках домов, если там нет хозяина». Обогнув скит по кругу и вернувшись к тому месту, откуда он пришёл, Николка остановился. Снял со спины узелок и, развернув его, взял в руки небольшой стеклянный флакончик. Нужно было искать источник. Мальчишка обошёл дворовые тропинки вдоль и поперек, но не увидел ничего, похожего на источник. На глазах предательски заблестели слёзы. «Неужто обман и нет никакого источника?» — думал ребёнок. И только он про это подумал, как вдруг услышал тоненький звон колокольчика. Звук был такой тихий и робкий, словно кто-то нечаянно дотронулся до ниточки, к которой этот колокольчик был привязан. Николка пошёл на звук. Чуть поодаль, у самого забора, росли несколько яблонь. На толстом суку одной из них мальчик увидел сову. Ту самую, которую он пытался вытащить из болота. Она разглядывала подходящего к ней Колю. Николка улыбнулся сове, словно встретив старую знакомую. На самом деле он был рад увидеть здесь, среди безмолвной тиши, ещё хоть какую-то живую душу. Сова наклонила голову, потом развернулась спиной к ребёнку и вдруг исчезла в густой кроне яблони, на которой сидела. Подойдя к деревьям вплотную, мальчик увидел в тени листвы маленький, выложенный гладкими камешками круг. Внутри была вода. Наклонившись, чтобы пробраться под низкими ветками яблонь, он полез к этому миниатюрному колодцу. Сев перед ним на колени, Коля только сейчас заметил, что внутри круга бьёт малюсенький фонтанчик. Почти незаметный, он тихо всколыхивал водную гладь. Это был тот самый источник, ради которого мальчик отправился в путь. Окунув свой пузырёк в воду, Николка наполнил его до краёв, и вдруг где-то совсем рядом что-то зашуршало. Повернув голову в сторону, Коля замер. Примерно в метре от него, буравя мальчика маленькими, красными глазками, стояло то косматое чудище, которое он видел в лесу. Сердце Николки бешено заколотилось. Косматый стоял и молча разглядывал ребёнка. До носа мальчика дошёл запах прелых листьев и сырых грибов. Нужно было как-то попытаться выбраться из-под яблони и бежать прочь, но глаза косматого чудища словно прикололи его к земле. — Сыроежками пахнешь, — зачем-то тихо сказал Николка и попытался улыбнуться. — Это я для мамы, — продолжал он трясущемся голосом. Вытянув руку вперёд, Николка показал косматому пузырёк. — Я только воды набрать. Мне не нужны сокровища, мама больна, — закончил он и замолчал. Ему казалось, что сейчас его маленькое сердечко просто выпрыгнет и убежит одно без самого Николки подальше от странного косматого чудища. Он не знал, понимает ли оно человеческую речь и слышит ли вообще что-то. От молчаливости косматого становилось ещё страшнее, но, вдруг развернувшись, чудище пошло прочь. Выждав пару минут, Николка выполз из-под сени яблонь. Подойдя к своему узелку, который так и продолжал лежать на земле, он уложил в него флакончик с водой и туго завязал. Выходя из ворот скита, он обернулся. На козырьке крыльца, ведущего в храмовую постройку, сидела сова. Улыбнувшись, Николка помахал ей рукой. — Спасибо, — крикнул он и пошёл вглубь леса. Вечерело, на лес опускались сумерки. Ночевать в чаще не хотелось от слова совсем. Поэтому мальчик упорно шёл вперёд, прибавляя шаг. В животе урчало, очень хотелось есть. Последний приём пищи был ближе к полудню, когда они с Васькой остановились на привал. В душе Николка не держал обиды на друга. «Ну, а чего обижаться-то?— думал он. — У каждого свои нужды. Кому сокровища, кому ещё чего-то». По расчётам мальчика, идти было недолго. — Световой день летом долог, до темна домой ворочусь, — бубнил себе под нос Николка. Вокруг стало как будто прохладнее, всё чаще стали попадаться кочки со мхом, значит, мальчик подходил ближе к отрезку дороги вдоль болота. Нужно было идти аккуратнее, внимательно смотря под ноги. И тут взгляд мальчика упал на небольшую полянку, усеянную ягодными кустиками. В животе заурчало ещё сильнее. Николка пошёл к полянке и, присев на колени, стал собирать ягоды в горсть и есть их. Послышался хруст веток. Мальчик обернулся – в нескольких метрах от него стояла женщина. — Тётка Ирина! — изумлённо произнёс Николка. — Вы откуда здесь? — Да вот тебя тут поджидаю, — ответила женщина. — Зачем это? — удивился мальчик. — А отдать ты мне кое-что должен. — Это что же я вам должен? — продолжал удивляться мальчик. Где-то внизу живота поселилось неприятное ноющее ощущение. Последний раз такое чувство появлялось, когда Николка стоял на высоченном дереве у воды и решался прыгать с тарзанки. — А водички-то набрал? Вот её родимую мне и надо-ть, — сощурившись, сказала Ирина и пошла на Николку. Мальчик попятился назад. — Не могу я вам отдать воду, тётка Ирина, вы же знаете, для чего я её искать ходил, — отвечал он, продолжая пятиться. — Мне мамку надо лечить. У меня больше нет никого. — И мне мамку надо лечить, — произнесла женщина, сдвинув брови. — Ну так и набрали бы сами, — возмущённо ответил Николка. — А и набрала бы! — повысила голос Ирина. — Если бы путь мне открыли в скит этот проклятый! Так нет же! Сердца им чистые подавай, — кипятилась она. — Или ты думаешь, мы просто так ровно дома сидели?! Да мы этот скит годами искали! С утра до ночи по лесу бродили! Если бы нашли, мы бы каких только дел не наворотили! — выкрикнув это, женщина сжала кулак и потрясла им, как бы показывая, какой силой две ведьмы могли бы обладать, отыщи они дорогу к древнему скиту. — Ну, значит, не нужна вам эта сила, — отвечал Николка, — если хозяин леса вам дорогу не показывает. — Хозяин леса, — передразнила женщина Николку. — Да спалить его надо, хозяина этого! Чем мы и займёмся, как только я у тебя водичку заберу да домой ворочусь. — А как же я? — крикнул Николай. — Как моя мамка? Ведь я для неё, а вы, а вы… Мальчик не находил слов от возмущения и обиды. Николка понимал, что физически не совладает с крепкой женщиной и нужно было что-то делать. — Отдай узелок, — произнесла Ирина, надвигаясь на Николку. И только тут мальчик понял, какую оплошность он совершил, отступая от женщины. Он вплотную спиной приблизился к болоту, и одна нога уже начала промокать. — Тётка Ирина, ну зачем вы так? —трясущимся голосом произнёс Николка. — Ведь так же не честно. Как же мамка моя? — слёзы заблестели на глазах, в горле встал комок. — Я не отдам воду, — сдавленно произнёс ребёнок. — Отдашь, —спокойно ответила женщина и, вытянув руки вперёд, чтоб ухватиться за узелок, подошла ещё ближе к Николке. Инстинктивно мальчик сделал шаг назад, и обе его ноги ушли в болотную трясину. Жижа медленно поглощала Николку. Ирина стояла на самом краю болота и смотрела на него. Ребёнок попытался вытянуть ногу, но болотная топь держала крепко.Ирина улыбалась, протягивая руку. — Отдай узелок, и тогда я тебя вытяну. Или я дождусь, пока ты не уйдёшь в топь по пояс, и сниму его сама. На самом деле она, конечно же, не собиралась вытягивать мальчика из трясины. Просто ей былобы проще, если бы он сам швырнул ей узелок, и тогда бы не пришлось мочить в грязи ноги, дотягиваясь до мешочка за плечами ребёнка. — Не отдам, — упрямо повторил мальчик. По щекам текли слёзы. От обиды, от страха, от того, что так несправедливы могут быть люди и теперь, когда он сам сгинет, его матери уже ничего не поможет. Болото было на стороне колдуньи и медленно, но верно утягивало ребёнка вглубь. Почти по бёдра Николка ушёл в трясину, когда Ирина подошла совсем близко и попыталась дотянуться до узелка. — Глупый щенок, — ворчала она. — Тебе всё равно подыхать в этом болоте, и мать твоя сдохнет, только не от болезни, а оттого, что узнает, что ты в лесу сгинул! Она подцепляла рукой тонкий шнурок, висевший на плечах мальчика. Николка яростно махал руками, мешая ей схватиться за узелок. — Я всё одно сорву с тебя это чёртов мешок! — шипела женщина, отбиваясь от рук мальчика. И ей это удалось. Она вцепилась в шнурок и с силой дёрнула. Узелок слетел с плеч мальчика, и Николка заревел в голос. Вдруг сквозь пелену слёз он увидел, как из-за толстого дерева выбегает Васька. Он бежал к колдунье, не сбавляя хода. Выставив вперёд руки и закричав, он всю свою силу вложил в толчок. Лишь успев повернуться на крик, Ирина спиной полетела в болото. Дико крича, она барахталась в чёрно-зелёной жиже и стремительно утопала. Всё произошло очень быстро. Проклятия вперемешку с воплями ужаса захлебнулись в болотной топи. Узелок из руки Ирина так и не выпустила. Николка смотрел, как она уходит в трясину, с расширенными от страха глазами. — Васька! — возбуждённо воскликнул он. — Васька, ты меня не бросил! Тащи меня, Васька, иначе совсем утону. Вася, очнувшись от шока, бросился в ближайшие кусты, через секунду выбежав оттуда с длинной толстой палкой. Уцепившись за протянутый конец, Николка крикнул: — Тяни! Упираясь и пыхтя, тянул Васька палку. Сантиметр за сантиметром болото выпускало свою жертву. Через пару минут на лесной земле лежали мальчишки, пытаясь отдышаться от проделанных усилий. — Ты как здесь оказался? — спросил Николай, приподнявшись на локтях и уставившись на друга. — Помнишь, когда мы поругались и я обратно пошёл? — спросил Василий. — Ну? Помню, — ответил Николка. — Так вот я не напрямую полез через дерево валяющееся, а обогнуть его решил. Иду и краем глаза вижу, что копошится что-то в кустах. Сделал вид, что в сапог что-то попало, а сам глаза скосил и увидел эту, — Васька махнул головой в сторону, где ещё десять минут назад тонула Ирина. — Я сразу смекнул, что не с добром она за нами следит. Ну и пройдя вперёд, схоронился за кустами и сам за ней следить начал.Она тебя тут долго ждала. Да, если честно, я уже и уходить хотел, думал, что, может, сгинул ты в чаще. Говорили же, что хозяин леса не рад гостям незваным. Хорошо, что не ушёл, а то б утоп ты. Николка придвинулся к Ваське и с силой, по-дружески стиснул его в объятиях. — Спасибо, что не бросил, —прошептал он. — Эх, узелок жалко, — произнёс Васька. — Неужто ты и взаправду тот скит сыскал? — Сыскал, — горько ответил Николка, — да толку-то теперь! И он рассказал про встречу с косматым чудищем и про сову… — Ну, не кисни! — старался поддержать друга Васька. — Удалось один раз – удастся и ещё! Через пару дней можно повторить поход! Только теперь я уж с тобой пойду, больно самому хочется на скит этот посмотреть. Давай, пошли домой собираться, уже почти стемнело. — Да, и мамка по шее надаёт, — грустно ответил Николка. — Дома весь день не был и грязный приду, как сам чёрт. Поднявшись с земли, мальчишки тронулись в путь. — Ма-ам, я дома, — тихонько произнёс Николка, предварительно раздевшись в сенях, чтоб мать не заметила, какой чёрной от болотной грязи стала его одежда. В доме стояла тишина. Пройдя в комнату, на столе мальчик увидел приготовленную тарелку с ужином. Мать лежала на кровати, прикрыв глаза и безвольно свесив руку.Холод сковал сердце Николки. — Мам, мама! — громко закричал он и бросился к матери. — Что ты, что ты, милый? — вдруг произнесла испуганно мать. — Ты чего раскричался? — Мама, мамочка, я думал… Я думал, что ты меня оставила. — Дурачок, — потрепал мать Николку по волосам, — задремала я просто. Совсем, Коленька, я слабая стала. Вон, покушать тебе приготовила и устала, сил нет. Успокоившись и вытерев слёзы, Николка поужинал и уселся в ногах у матери с твёрдым намерением не тянуть пару дней, а завтра, как только рассветёт, опять тронуться в путь в надежде, что хозяин леса и в этот раз позволит ему пройти к заброшенному скиту. Ночь пролетела незаметно, и, только первые лучи осветили верхушки деревьев, как Николка вскочил с кровати. Мать ещё спала. Одевшись и тихонько выскочив из дома, он минуту постоял на крыльце, раздумывая, стоит ли бежать и будить Ваську, но, решив попросту не терять времени, опрометью бросился к лесу. В лесу ещё стоял утренний сумрак, птицы заливались, не смолкая. Николка вошёл в лес. Нужно было идти в сторону болота, но ноги словно не слушались мальчика. Отчего-то было дико страшно идти туда, где вчера умерла, захлебнувшись болотной жижей, дочка колдуньи. Николка сделал пару шагов и опять остановился. Где-то внутри сидело чувство тревоги, от которого ноги подкашивались в буквальном смысле. И вдруг краем глаза он заметил какое-то шевеление. Повернув голову, Николка остолбенел. На расстоянии от него стояло то самое косматое чудище с красными глазами. На его плече сидела сова, и самое главное, отчего у Николки затрепыхалось сердце, — в руке косматый держал узелок. Весь чёрный от грязи, это был тот узелок, который утонул вместе с Ириной. Подняв руку, косматый поднёс её к клюву совы, будто предлагая его ей. Сова спокойно взяла в клюв узелок и вспорхнула с плеча в воздух. Пролетая над Николаем, птица разжала клюв, и узелок плюхнулся аккурат под ноги мальчика. Николка смотрел и не верил глазам. Опустившись на колени, он развернул его. В узелке лежал целёхонький пузырёк с водой из древнего скита.Схватив пузырёк, мальчик выпрямился, посмотрел прямо в красные глаза косматого чудища и улыбнулся. И если бы не было так страшно, он бы обязательно подошёл и обнял косматого в знак благодарности, но вместо этого он сказал лишь тихое«спасибо». Откуда-то из-за спины опять прилетела сова и уселась на плечо хозяина. «Ух-ух», —проухала она, и чудище, развернувшись, пошло вглубь леса. Домой Николка летел со скоростью свиста, сжимая в руке самую большую драгоценность на свете — лекарство для матери. — Николка, паршивец, — раздался с огорода голос Ольги, матери Николая. — Ты когда мне обещал воды в дом натаскать? Она стояла посреди комнаты, подбоченившись. На её округлившемся и порозовевшем лице стояла добродушная улыбка. Женщина лучилась здоровьем. Вскочив с кровати, Николка подбежал к матери и, чмокнув ту в щёку, унёсся на улицу, звеня пустым ведром… Бабка Нина в тот день так и не дождалась дочь обратно, а через пару дней и вовсе померла. Соседи говорили, что кричала перед смертью сильно. «Словно черти её рвали», — бросил дед Матвей фразу, рассказывая местным кумушкам о смерти старухи. Автор Юлия Скоркина. (Простят меня уважаемые модераторы. Часто вижу, что с форума мои истории попадают в сеть, и подписано там НИКом. И если можно, под своими рассказами, я буду ставить свои настоящие инициалы. Заранее благодарю.)
  14. Энергетические вампиры -II

    Доброго времени, всем! Не знаю верно ли выбрала ветку. Есть много советов, как "купировать" действия вампира при встрече. А если в реале встречи не происходят? Поясню. С этой девушкой мы знакомы со школы. По молодости очень хорошо дружили, пока с её стороны не появилось желание эти отношения прекратить. Причём "расстаться" со мной захотела именно она, а свалила всё на наших общих знакомых. Ну да, молодо- зелено. Лёгкие отношения мы всё равно поддерживали. На уровне о погоде. Потом меня с ней сводит работа. Коллектив состоял из 4 человек. Среди которых была начальница- реальная вампирша, с примесью шизофрении. Но вот штука в том, что даже при постоянном контакте с таким человеком, приходя домой, я отстранялась и прекрасно себя чувствовала, понимая, что моя энергия не растрачивается. Если совсем было туго, и энергия вдруг уходила, я предпринимала определённые методы, мне помогающие. И очень быстро восстанавливалась. Много лет работала в этом коллективе и даже несмотря на явную зависть в мой адрес, всегда была закрыта от нападок. Мне хватало сил на это. Сейчас, спустя много лет, при этом поменяв начальство и частично коллектив я чувствую, что меня пробили! И пробила именно моя школьная подруга. Сейчас мы работаем с ней в своём. И я сложив многие случаи поняла, что именно в ней заковыка. В её жизни за это время много всего произошло, в основном нехорошего. Ходит по психиатрам. Постоянно угнетённое состояние. Мы с ней работаем посменно. Не видимся. Только по телефону. Одно время, она мне могла звонить в день раз по семь. При этом первый звонок раздаётся в 10 утра, вопросом, не спишь? Конечно разговоры в основном о болезни-больницах, и постоянный негатив о работе. Раздражает её все и вся! Терпела, потом уже стала трубки брать через раз. Сейчас бывают дни, что не созваниваемся вообще или один раз в день. Но штука в том, что я чувствую во мне брешь! Видимо слишком долго терпела. Не брать трубку вообще и не общаться совсем не возможно. Ведь мы передаём по работе определённые моменты. Лично я, чтоб никому не докучать, пишу всё, что нужно передать на листке и оставляю. Она так не может. Она вообще очень общительная и не только со мной. На телефоне висит 20 часов в сутки. Я чувствую, что ни один ранее помогающий приём сейчас не помогает! Я не могу восстановиться. Из-за этого раздражительность, недовольство работой... Короче отток энергии есть однозначно. Не знаю, как его залатать. Ведь контакта визуального нет и зеркальце в кармане не поможет. Посоветуйте, как закрыться от человека, если общаешься с ним только по телефону?
  15. Нумерология

    @Пиначета Вбила по твоей ссылке и ещё один сайт нашла. И всё разное. Но кстати по ссылке которую я нашла, более правдоподобная информация складывается. Сейчас в личке ссыль кину.
×