Jump to content
Откровения. Форум "Моей Семьи"
Sign in to follow this  
Карамболь

Стефан Цвейг "Нетерпение сердца"

Recommended Posts

Предлагаю к прочтению и обсуждению одно из произведений Стефана Цвейга. Роман "Нетерпение сердца".

Цвейг-один из писателей, кто умеет дотронуться до души каждого из своих читателей. Сильный слог, эмоции, переживания-все это у вас будет, если возьметесь читать.

Предчувствие и ожидание. Читается на одном дыхании, но захочется не раз задуматься над очередным  прочитанным абзацем, отведя взгляд от книги.

В романе поднимаются темы маленького человека, подхваченного ветром грозных перемен, любви. Проблемы людей с ограниченными возможностями, искреннего сострадания и малодушия.

Приятного чтения, впереди длинные выходные. Начнем обсуждение в среду утром, 13 июня.

 

  • Like 2
  • Upvote 4

Share this post


Link to post
Share on other sites

Я эту книгу прочитала в подростковом возрасте.  Главный герой симпатий не вызывает. 

Помню, что меня поразила фраза (когла девушка-инвалид полюбила без взаимности) - а что,  любви достойны только молодые и красивые?

За точность фразы не ручаюсь, но смысл  вроде передала верно. 

  • Like 1
  • Upvote 1

Share this post


Link to post
Share on other sites
13 минут назад, Лотос сказал:

Я эту книгу прочитала в подростковом возрасте.  Главный герой симпатий не вызывает. 

Плюсуюсь. 

26 минут назад, Карамболь сказал:

Цвейг-один из писателей, кто умеет дотронуться до души каждого из своих читателей.

ИМХО, читателей-женщин. Мужчину он так не впечатлит. В своё время меня очень впечатлила новелла "Страх", я просто прожила вместе с главной героиней все этапы её состояния. 

Спасибо, что вспомнили о творчестве Стефана Цвейга. Мне захотелось его перечитать...

  • Like 1
  • Thanks 1

Share this post


Link to post
Share on other sites

Мне одно время казалось, что Цвейг - все-таки псевдоним женщины. Ну не может так о женщинах и для женщин писать мужчина)

  • Like 4

Share this post


Link to post
Share on other sites

Очень люблю эту вещь (хотя новеллы Цвейга, на мой взгляд, сильнее. Он, по-моему, автор малых форм. Вот мой любимейший Моэм умудрялся и то, и другое писать в равной степени блистательно). Несмотря на клиническую нехватку времени с удовольствием перечитаю и приму участие в обсуждении.

  • Like 3

Share this post


Link to post
Share on other sites
1 час назад, Domino сказал:

Плюсуюсь. 

ИМХО, читателей-женщин. Мужчину он так не впечатлит. В своё время меня очень впечатлила новелла "Страх", я просто прожила вместе с главной героиней все этапы её состояния. 

Спасибо, что вспомнили о творчестве Стефана Цвейга. Мне захотелось его перечитать...

Читала впервые этот роман давненько, но первым прочел муж. Он то мне и рассказал, что стоит прочесть. Только все не мог без запинок произнести " Кекешфальва":laugh:

До декрета, своего, я коллеге приносила на работу читать этот роман. Он тоже впечатлился. И даже дочке-старшекласснице пересказывал прочитанное.

Книги делятся на три категории-которые читают, которые не читают, и те, которые перечитывают.

Я пошла в третий заход, чтобы освежить.;)

  • Like 1

Share this post


Link to post
Share on other sites

В этой истории неприятны мне все участники, кроме доктора. Главный герой трусливый, глуповатый, тщеславный и совершенно не умеет и не пытается владеть своими чувствами, безвольный. Его все время кидает от одного чувства к другому. То он всех любит и жалеет, и гордится собой, то убегает в ужасе, и постоянно боится пасть в чужих глазах: хочет для всех остаться хорошим. Он мечется от жалости и сочувствия к Эдит и Кекешфальве к отвращению и страху. И не справившись с этими эмоциями, он делает одну глупость за другой. Ему бы сесть и подумать холодной головой. Но его гонит страх, то он из усадьбы убегает, то из полка бежит... Если б я за такое короткое время испытала столько эмоций, то сошла бы с ума.

Кекешфальва раздражал своим малодушием, так и хотелось встряхнуть его: "Соберись же, возьми себя в руки, твоей дочери не жалость нужна, а любовь, чтобы любил ее кто-нибудь, хотя бы отец родной, любил ее всякую, больную и раздражительную, чтобы не бросалась она на всякого недостойного идиота только потому, что не знает, как надо любить и каково быть любимой." Его, конечно, можно понять, я сама мама и знаю, что смотреть на страдания своего ребенка - это пытка. Только вот мне кажется, что думает он больше о себе и обманывается возможным выздоровлением Эдит вместо того, чтобы трезво посмотреть на ситуацию и помочь дочери жить с тем, что есть.

Эдит эгоистична, избалованна, совершенно не считается с чувствами других, манипулирует ими, постоянно раздражается, обижает всех. Ну как ее любить? Да, кроме жалости других чувств она не вызывает. Она желает заполучить объект своей любви с мыслями и телом, и душой, и ее не волнует, что человек не робот, заставить себя любить кого-то невозможно. Разве можно так шантажировать самоубийством? Я не оправдываю Гофмиллера, он сам виноват, но все же нельзя пугать самоубийством, чтобы добиться любви. Я ее поступок кроме как избалованностью объяснить не могу, да и не любовь это, страсть, желание обладать. Даже если бы они поженились, то вряд ли были бы счастливы. Антон ее не любит, даже если сможет это скрывать (в чем я сомневаюсь), то Эдит изведет его, требуя доказательств любви.

Edited by Малифисента
  • Like 1
  • Upvote 2

Share this post


Link to post
Share on other sites
5 минут назад, Малифисента сказал:

Я ее поступок кроме как избалованностью объяснить не могу, да и не любовь это, страсть, желание обладать.

Да, мы очень часто подменяем понятия. Ставим знак равенства между "хочу иметь своим" и "люблю". 

7 минут назад, Малифисента сказал:

Я не оправдываю Гофмиллера, он сам виноват,

Он виноват, но ему и досталось хорошо. На него давили чувством вины, принуждали положить свою жизнь на алтарь сострадания.Очень скоро бы оно сменилось досадой, а потом бы он Эдит просто возненавидел. 

8 минут назад, Малифисента сказал:

Она желает заполучить объект своей любви с мыслями и телом, и душой, и ее не волнует, что человек не робот, заставить себя любить кого-то невозможно.

Вот это "не волнует" и показывает на отсутствие какой бы то ни было любви. Плач капризной девочки, которой не дали игрушку...

Она и отца не пожалела, совершив свой ... поступок. Всё равно ей было на отца. 

 

  • Upvote 2

Share this post


Link to post
Share on other sites

И всё-таки, снова возвращаюсь к тому же - Цвейг мастер малых форм. Он, похоже, и сам это чувствовал, ведь это единственный завершённый роман у автора.  Сейчас уже трезво смотрю на это произведение - оно затянуто, местами слишком много рассуждений, нет таких чеканных, стилистически блестящих умозаключений, которыми отличаются его великолепные новеллы. И всё же перечитала с удовольствием.

Хотелось бы всем напомнить эпиграф к роману.

…Есть два рода сострадания. Одно — малодушное и сентиментальное, оно, в сущности, не что иное, как нетерпение сердца, спешащего поскорее избавиться от тягостного ощущения при виде чужого несчастья; это не сострадание, а лишь инстинктивное желание оградить свой покой от страданий ближнего. Но есть и другое сострадание — истинное, которое требует действий, а не сантиментов, оно знает, чего хочет, и полно решимости, страдая и сострадая, сделать все, что в человеческих силах и даже свыше их.

Первое сострадание - это Гофмиллер да и Кекешвальва. Второе - доктор Кондор. Собственно, об этом и весь роман.

19 минут назад, Малифисента сказал:

то убегает в ужасе, и постоянно боится пасть в чужих глазах: хочет для всех остаться хорошим.

И это преобладает. Ведь он больше всего боится общественного мнения.

Цвейг, как и всегда, затрагивает очень щепетильный вопрос: что должен делать человек, которого любят безответно? Второе условие, осложняющее задачу, что этот человек безнадёжно и неизлечимо болен. И третье - девушка эгоистична, истерична, беспредельно избалована и умело манипулирует чувствами.. Взглянув на всю картину в целом, можно не оправдать, но понять Антона и его действия. В конце все в принципе логично, и все иначе сложиться не могло  К сожалению. А благими намерениями вымощена дорога известно куда.
 

  • Upvote 4

Share this post


Link to post
Share on other sites

Мне поначалу было жаль Кекешфальву, как отца и мужа, но всё-таки он так и остался холодным и расчётливый дельцом, который для достижения своей цели идёт по головам и не способен понять чувства других.

По большому счёту его дочь-его копия. В своих эгоистичных желаниях и устремления[.

Гофмиллер-незрелый душой  молодой служака, способный выполнять приказы не обсуждая и не обдумывая. Вот им и крутили все в своих интересах.

Мне постоянно хотелось к героям пригласить профессиональных психотерапевта и психолога.-_-

И мединская тема, одна из важных на мой взгляд в этом романе.

Тоже можно обсудить.

 

Edited by Карамболь
  • Upvote 1

Share this post


Link to post
Share on other sites
2 часа назад, Карамболь сказал:

Мне поначалу было жаль Кекешфальву, как отца и мужа, но всё-таки он так и остался холодным и расчётливый дельцом, который для достижения своей цели идёт по головам и не способен понять чувства других.

По большому счёту его дочь-его копия. В своих эгоистичных желаниях и устремления[.

Гофмиллер-незрелый душой  молодой служака, способный выполнять приказы не обсуждая и не обдумывая. Вот им и крутили все в своих интересах.

Мне постоянно хотелось к героям пригласить профессиональных психотерапевта и психолога.-_-

И мединская тема, одна из важных на мой взгляд в этом романе.

Тоже можно обсудить.

Медицинская тема - вы имеете ввиду отношение больного и его родственников к болезни? По мне сложная тема, и думать об этом даже не хочется, потому что надо примерять на себя. Болезнь ребенка - это для родителя страшное дело, как вести себя в этом случае, что делать, как помочь ребенку и себе, тем более страшно, если болезнь неизлечима? Я думаю, во-первых - принять болезнь как случившийся факт, во-вторых - подумать совместно с врачом, что можно сделать и делать то, насколько позволяет развитие медицины и средства. 

Тут, по-моему, проблема с самого начала идет: ни Кекешфальва, ни Эдит состояние ее принять не могут и не хотят, считают, что это ужасно, так жить нельзя. В этом и вина врачей есть: никто четко не объяснил им, что такое не лечится современной медициной, кто-то желая выудить побольше денег у богача, кто-то щадя чувства и спокойствие отца и дочери. Может, лучше было бы им знать, что паралич - это до конца жизни, и учиться жить с этим, конечно, не бросая лечения, чтобы поддержать состояние больной. Ведь и прогресс у нее был: сначала она даже и сидеть не могла, а теперь может передвигаться, хоть бы и на кресле или костылях, но для парализованного человека это - огромный успех! Но Кекешфальва не готов это принять, он слаб, он не может поддержать дочь, помочь ей жить полноценно и такой. Он в ужасе, он страдает, он не видит будущего для дочери в болезни. Она же ребенком еще заболела, как она еще может воспринять болезнь? Как конец ее жизни! Поэтому ее устраивает только выздоровление.

Конечно, рассуждать легко, на месте Кекешфальвы я была бы в отчаянии, но, надеюсь, смогла бы взять себя в руки ради ребенка и его будущего... надеюсь, хотя это было бы очень нелегко. Да и времена сейчас другие, меняется отношение в обществе к людям с ограниченными возможностями.

  • Like 1
  • Upvote 1

Share this post


Link to post
Share on other sites
1 час назад, Малифисента сказал:

Медицинская тема - вы имеете ввиду отношение больного и его родственников к болезни? По мне сложная тема, и думать об этом даже не хочется, потому что надо примерять на себя. Болезнь ребенка - это для родителя страшное дело, как вести себя в этом случае, что делать, как помочь ребенку и себе, тем более страшно, если болезнь неизлечима? Я думаю, во-первых - принять болезнь как случившийся факт, во-вторых - подумать совместно с врачом, что можно сделать и делать то, насколько позволяет развитие медицины и средства. 

Тут, по-моему, проблема с самого начала идет: ни Кекешфальва, ни Эдит состояние ее принять не могут и не хотят, считают, что это ужасно, так жить нельзя. В этом и вина врачей есть: никто четко не объяснил им, что такое не лечится современной медициной, кто-то желая выудить побольше денег у богача, кто-то щадя чувства и спокойствие отца и дочери. Может, лучше было бы им знать, что паралич - это до конца жизни, и учиться жить с этим, конечно, не бросая лечения, чтобы поддержать состояние больной. Ведь и прогресс у нее был: сначала она даже и сидеть не могла, а теперь может передвигаться, хоть бы и на кресле или костылях, но для парализованного человека это - огромный успех! Но Кекешфальва не готов это принять, он слаб, он не может поддержать дочь, помочь ей жить полноценно и такой. Он в ужасе, он страдает, он не видит будущего для дочери в болезни. Она же ребенком еще заболела, как она еще может воспринять болезнь? Как конец ее жизни! Поэтому ее устраивает только выздоровление.

Конечно, рассуждать легко, на месте Кекешфальвы я была бы в отчаянии, но, надеюсь, смогла бы взять себя в руки ради ребенка и его будущего... надеюсь, хотя это было бы очень нелегко. Да и времена сейчас другие, меняется отношение в обществе к людям с ограниченными возможностями.

И отношение родственников тоже.

Как-то смотрела передачу, где психолог и врач без обиняков доносили до матери ребенка, с тяжелой формой ДЦП, что вылечить ее ребенка не представляется возможным. И это навсегда. Можно лишь поддерживать. И это правильно, я считаю.

Отношение к инвалидам на Западе сейчас и тогда-это и небо и земля. Сейчас инвалид интегрируется в общество, учится и прочее. И особых скидок ему не делают-он такой же, как все. И это тоже правильно.

Тогда все охали и отворачивались, не скрывая неприятия. Или возносят на божницу, лишь усиливая страдания и ухудшая положение неизлечимо больного. Как у наших героев. 

Но я хотела сказать еще вот о чем-уровень медицины тогда и сейчас. Доктор Кондор привел в пример своего отца, больного диабетом, который считался неизлечимым. Пока не создали искусственный инсулин. И не выработали тактику лечения и диеты.

И полиомиелит, которым заразилась Эдит. Который и  привел к инвалидности.

Пошерстила тему, оказывается, сильная эпидемия разразилась в 50-х годах, и это намного позже книжных событий. 

И только 30 лет назад усилиями ВОЗ при помощи массовой вакцинации удалось на 99% процентов победить такую страшную детскую болезнь. Хотя вспышки и сейчас есть в азиатских странах с низким уровнем жизни.

Из Таджикистана до сих пор в Россию завозят(. 

Простите, немного страшных кадров.https://rutube.ru/video/45f43625acfda3b250c960af99798eef/

Были ли шансы у Эдит исцелиться? Увы...

 

 

 

  • Like 1

Share this post


Link to post
Share on other sites
15 минут назад, Карамболь сказал:

И отношение родственников тоже.

Как-то смотрела передачу, где психолог и врач без обиняков доносили до матери ребенка, с тяжелой формой ДЦП, что вылечить ее ребенка не представляется возможным. И это навсегда. Можно лишь поддерживать. И это правильно, я считаю.

Отношение к инвалидам на Западе сейчас и тогда-это и небо и земля. Сейчас инвалид интегрируется в общество, учится и прочее. И особых скидок ему не делают-он такой же, как все. И это тоже правильно.

Тогда все охали и отворачивались, не скрывая неприятия. Или возносят на божницу, лишь усиливая страдания и ухудшая положение неизлечимо больного. Как у наших героев. 

Меня тоже поразило, с каким презрением говорили сослуживцы Антона об "этой калеке", да и сам он с некоторым отвращением воспринимает ее немощь. Будто болезнь это что-то неприличное, и их никогда не коснется.

Хотя в книге и не говорится, какая болезнь привела к параличу, я тоже подумала, что похоже на полиомтелиь

Edited by Малифисента

Share this post


Link to post
Share on other sites
8 часов назад, Пума Марковна сказал:

эпиграф к роману.

…Есть два рода сострадания. Одно — малодушное и сентиментальное, оно, в сущности, не что иное, как нетерпение сердца, спешащего поскорее избавиться от тягостного ощущения при виде чужого несчастья; это не сострадание, а лишь инстинктивное желание оградить свой покой от страданий ближнего. Но есть и другое сострадание — истинное, которое требует действий, а не сантиментов, оно знает, чего хочет, и полно решимости, страдая и сострадая, сделать все, что в человеческих силах и даже свыше их.

Первое сострадание - это Гофмиллер да и Кекешвальва. Второе - доктор Кондор. Собственно, об этом и весь роман.

Именно. Больше сказать нечего.

Прочла роман впервые, именно по "наводке" этой самой "Избы-читальни". 

Все герои, на мой взгляд, с червоточинкой. Гофмиллер - трус, все его поступки выдают личность слабую, незрелую. Хочет быть для всех хорошим, и для Кекешфальвы, и для Эдит, и перед товарищами ему неудобно за эту близость с "фальшивыми аристократами", но и разорвать связь не хватает душевной силы. Добренький он, а не добрый. Не люблю таких.

Кекешфальва слеп и слаб в своей любви к дочери, очень подходящая отсылка к джинну из сказок, который вскочил на спину мягкосердечному прохожему и едет.

Эдит вызывает жалость, она действительно нуждается в искреннем сострадании, искренней любви, дружбе, привязанности, но ни Гофмиллер, ни какой-либо другой мужчина не готовы дать ей желаемое. Здесь показана трагедия несмирения с собственной ущербностью, Эдит в силу юности и живости характера не может принять свой недуг, она обижена на весь мир здоровых и вымещает эту обиду, и манипулирует окружающими, пытается "завиноватить" близких.

Доктор Кондор не совсем раскрытый для меня персонаж, искренна ли его любовь к слепой жене? 

Share this post


Link to post
Share on other sites

Доползла до ветки. Что сказать хочется в первой фразе? Повторить мнение экспертов свыше: Цвег и малая форма - 100 % успех. Цвейг и повесть - очень странное впечатление. Затянутые разговоры, странные нуканья и нет-нетканья, которые делают диалоги героев иногда просто невыносимыми, зарисовки-отступления про появляющихся героев. Особенно про полковника Бубенчича что-то меня выморозило. Уже конец книги! А тут достаточно длинное описание его боевого и служебного пути. На мой взгляд, оно было бы очень уместно вначале, еще при описании гарнизона, но, это только моё мнение.

За кого я в этом произведении? За Антона. И возраст препротивнейший - 25 лет и анамнез мне, связанной с армией, очень знаком. Военное училище с младых ногтей, затем сразу служба, младший чин, еще маленькое жалование, а он еще и в дорогом виде войск. Содержать себя и коня, да еще и денщика, да еще и хочется хоть каких-то развлечений. Сугубо мужской коллектив, в котором полно предрассудков и который весьма склонен к жестокосердию. Естественно, что Антон, который привык в училище, что за него думают командиры, никак не мог уловить, что сейчас он может и даже должен, уже начать думать сам. Вне службы. На службе - да: сказали коня седлать - седлай. Сказали скакать - скачи. За это деньги платят. А вне службы мозг все еще у него продолжал думать не как у отдельно взятой личности, а как у коллективной. Вот почему он и был так подвержен сомнениям и страху того, что коллектив его осудит, осмеёт и отринет. К сожалению, близкого друга у Тони не было. Те товарищи, с которыми он проводил время до знакомства с Кекешфальвами, также были созависимы от коллективного мнения, которое подразумевало некоторые границы и поведение: любить доступных (или каких нравится) женщин в холостячестве, но жениться с выгодой и разумно. Женщина должна быть здоровой. Национальность безупречна. Молода. Любое отступление не то что осуждалось, нет. Оно давало повод долгим насмешкам, подколам и прочему. И, в главную очередь именно потому, что коллектив молодых здоровых мужиков живет на ограниченном квадрате земли с минимальным набором развлечений, проводит вместе основную часть времени и этому коллективу нужно что-то обсуждать кроме службы и лошадей. Что? Баб. У кого какая. Кто на какой женился. Не зря в романе приведен такой герой, как Балинкаи и его исповедь Антону очень интересна. Абсолютно точными словами описано состояние офицера, уволенного со службы, его попытки устроится в гражданской жизни, и то пересиливание себя, своей гордости, когда человек идет на более низшую социально работу после чина. Да, Балинкаи не смог выпытать у Антона причину его бегства из армии, а Антон не услышал того, что Балинкаи уже зрелый человек, которого насмешки за спиной о том, что у него старая жена, на которой он женился из-за денег совершенно не трогают, так как он любит именно эту женщину. За ум, за проницательность, за много что еще и наплевать ему уже на все эти казарменные способы самоутвердиться на человеке, который вдруг начинает думать не коллективно. Очень жаль, что Антон этого не понял, ибо история могла бы уже пойти другим путем, но, она пошла, как в книге. К сожалению, взросление Антона и началось только в поезде в Чаславиц, когда он, можно сказать, обдумал все только сам с собой, не натыкаясь на людей, которые направляли его мысль в другое русло - друзей по службе в коллективное, Кекешфальву - в мучительно-душевное (везу ли я джинна или Бог я?).

Эдит я не полюбила. Ее очень испортило папино богатство и любой каприз за его деньги. Ну не смогла я ее даже пожалеть, увы. И все время вспоминала бедную девочку Юльку из Бруштейновской "Дорога уходит в даль", которая тоже не ходила (да, да, я помню, что там причина другая), но была более терпеливой, теплой и доброй. Потому что перед ней не прыгали, но притом любили никак не меньше Эдит.

Edited by Ирго
  • Like 3
  • Upvote 4

Share this post


Link to post
Share on other sites

Уффф... Наконец-то дочитала.

Скрытый текст

На будущее хочу попросить, чтобы побольше срок давали для таких больших произведений. Перечитывать еще куда ни шло, но я-то впервые читала.

Одна из разновидностей довольно обширной проблемы, которую коротко можно определить как "благими намерениями вымощена дорога в ад". Мне искренне жаль бедного лейтенанта. Я не нахожу его таким уж трусом. Каждый раз, допуская минутную слабость, он готов был платить за нее по самому большому счету. Не сложись обстоятельства таким трагичным образом - он бы женился на Эдит (о, она бы непременно его простила, не выпустила из цепких ручек, ни за что), нес бы своей крест из чувства долга, долга, который на него повесили, не спросив. Там не один джинн ему на плечи взгромоздился - как минимум, три: сама Эдит, ее папенька и доктор. Видит Бог, ноша непосильная. Папа мягко стелил, но в ночь перед помолвкой уже давил не шуточно: как вы можете бросить ребенка в таком состоянии? Как вы можете ее не обнадежить? У меня возникла неожиданная ассоциация с рассказом Куприна про девочку и слона: там папа слона привел больному ребенку, не считаясь с расходами, здесь же, как слона, к больной девушке жениха привели. Только молодой человек - не слон. И почему папе не пришла в голову мысль, что у Антона тоже есть чувства, с которыми необходимо считаться? Доктор тоже хорош: вы не имеете права говорить ей правду, вы не можете оставить ее в таком состоянии, вы должны, должны, должны... Вот всем кругом должен бедный Антон! Про саму Эдит с ее чудовищной избалованностью и эгоизмом, с ее бессовестными манипуляциями и шантажом, я уже молчу...

Эпиграф я поняла так: если не можешь всего себя положить на алтарь сострадания - пройди мимо. Иное сострадание - это уже не сострадание и оно не нужно. Так или нет? Если так - я не согласна с этим. Нет, вот такое сострадание, как сказать: "Ах, бедняжка!", мимоходом пожалеть и пойти своей дорогой - действительно не нужно. Но если оно хоть сколько-нибудь деятельно - пусть человек не принес себя в жертву, но хоть что-то сделал для того, кому плохо - оно уже имеет право на существование. Доктор женился на пациентке, которую не смог вылечить? Замечательно, но могу предположить, что такая пациентка не одна у него была. Не женился же он на всех женщинах, которых лечил и не смог вылечить? А раз так, то какое право он имеет требовать жертвы от Антона? 

Ах, это богатство и сословные предрассудки. Этой бы Эдит голову чем-нибудь занять. Учиться, к примеру. Или руки. Ну, я, конечно, плохо представляю себе, чем может заняться барышня из такой семьи... носки бы, что ли, сироткам из приюта вязала... Все дело. 

11 минут назад, Ирго сказал:

И все время вспоминала бедную девочку Юльку из Бруштейновской "Дорога уходит в даль", которая тоже не ходила (да, да, я помню, что там причина другая), но была более терпеливой, теплой и доброй. Потому что перед ней не прыгали, но притом любили никак не меньше Эдит.

Юльку я вспоминала тоже. И еще я вспоминала автора повести "Я умею прыгать через лужи" Алана Маршалла. Ведь он перенес полиомиелит примерно в те же годы, что и Эдит. Но насколько мужественнее и успешнее он, австралийский мальчик, боролся с недугом, не изводя при этом свою семью.

  • Like 2
  • Thanks 1
  • Upvote 1

Share this post


Link to post
Share on other sites
12 часов назад, bibi сказал:

Юльку я вспоминала тоже. И еще я вспоминала автора повести "Я умею прыгать через лужи" Алана Маршалла. Ведь он перенес полиомиелит примерно в те же годы, что и Эдит. Но насколько мужественнее и успешнее он, австралийский мальчик, боролся с недугом, не изводя при этом свою семью.

Плюсом "Встань и иди" Эрве Базена. Книга французской девушке, попавшей под бомбёжку подростком во время войны. Она обречена, прикована к инвалидной коляске, но она  всеми силами борется за жизнь. И её цель - прожить как можно больше, хотя бы на один день, и не показать, как ей тяжело даётся каждый шаг.

12 часов назад, bibi сказал:

Эпиграф я поняла так: если не можешь всего себя положить на алтарь сострадания - пройди мимо. Иное сострадание - это уже не сострадание и оно не нужно. Так или нет?

Я не совсем так его понимаю. Всего себя класть на алтарь, по-моему, не нужно вообще никогда. Поясню. Если человек, во имя которого это делается, порядочный и совестливый, ему от этого станет ещё хуже. Ему будет невероятно неловко, тошно, по правде говоря. Он будет понимать, что кто-то ради его благополучия, настоящего или мнимого, попросту принёс себя в жертву. Полностью отказался от своей личной жизни и живёт только его интересами. Так обычно поступает матери безнадёжно больных детей, в данном случае в этой роли отец Эдит. Но, поскольку она получала его безраздельное участие с детства, то она выросла безнадёжно избалованной девушкой, эгоисткой и умелой манипуляторшей. Это второй случай. Человеку ничуть не совестно, что кто-то ради него пожертвовал всем. Наоборот, он считает, что так и надо, так и должно быть, да ещё и недостаточно. Так что этот случай перечеркнёт жизнь сострадающего и всё. А Кондор ведь вёл прежнюю свою жизнь, он просто знал, что дома его ждёт любящая и - верю, что - любимая женщина

Я понимаю этот эпиграф так, что сострадание должно быть деятельным, осмысленным но слегка отстранённым. Я делаю, что могу. Я рад(а) помочь, облегчить, посодействовать и т.п. Но у меня своя жизнь. И я не собираюсь от неё отказываться.

  • Like 4
  • Upvote 1

Share this post


Link to post
Share on other sites
20 часов назад, Пума Марковна сказал:

понимаю этот эпиграф так, что сострадание должно быть деятельным, осмысленным но слегка отстранённым. Я делаю, что могу. Я рад(а) помочь, облегчить, посодействовать и т.п. Но у меня своя жизнь. И я не собираюсь от неё отказываться.

Для меня смысл эпиграфа в том, что сострадание должно быть деятельным - и только. 

В жизни терпеть не могу людей, которые репостят слезливые картинки и истории про больных деток, брошенных котиков и т.д. (зачастую - фейковые), глотки дерут на митингах и в интернете, а в реальности не делают ни-че-го. 

Не люблю "добреньких".

Гофмиллер в этой истории именно добренький, в нём сочувствие к Эдит очень связано с самолюбованием, но он не понимает последствий своих действий. А когда последствия наступают, пугается, теряется, бежит.

Edited by Лось Анджелес
  • Like 2
  • Upvote 1

Share this post


Link to post
Share on other sites
20 минут назад, Пума Марковна сказал:

Я понимаю этот эпиграф так, что сострадание должно быть деятельным, осмысленным но слегка отстранённым. Я делаю, что могу. Я рад(а) помочь, облегчить, посодействовать и т.п. Но у меня своя жизнь. И я не собираюсь от неё отказываться.

Но ведь как раз все, включая доктора, требовали от Антона отказаться от его жизни, его чувств, принести их в жертву влюбленности Эдит. Разве нет?

Share this post


Link to post
Share on other sites
Только что, bibi сказал:

Но ведь как раз все, включая доктора, требовали от Антона отказаться от его жизни, его чувств, принести их в жертву влюбленности Эдит. Разве нет?

Доктор, насколько я помню, упрекал Антона  в том, что он дал девочке слишком много неоправданных надежд и ожиданий. Да ещё и поманил несбыточной надеждой на выздоровление. Изначально не надо было этого делать. И кроме того, он чётко видит, что более всего Антона пугает то, как он будет выглядеть  в глазах своих товарищей. 

Цитата

что вас приводит в ужас не столько влюбленность бедного ребенка, сколько то, что другие узнают и посмеются над этим… По моему мнению, ваша безграничная растерянность есть не что иное, как боязнь — простите меня — показаться смешным в глазах других, в глазах ваших товарищей.

А вот это уже малодушие. И просит Кондор от Антона одного - подождать восемь дней.

Цитата

через восемь дней все кончится. Мне ничего от вас не нужно, кроме обещания, что за неделю, которая остается до отъезда, вы не сделаете ничего опрометчивого, ничего неожиданного и прежде всего ни словом, ни жестом не выдадите своего страха перед нежным чувством бедной девочки. Пока я больше ничего не хочу от вас, я думаю, это самое меньшее, чего можно потребовать: восемь дней самообладания, когда на карту поставлена жизнь другого человека.

И я бы не стал винить АНтона втом, что ему это неудалось, не над свеми своими чувсвами мы полностью кластны.

Share this post


Link to post
Share on other sites
8 минут назад, Пума Марковна сказал:

Доктор, насколько я помню, упрекал Антона  в том, что он дал девочке слишком много неоправданных надежд и ожиданий.

Да не давал он ей никаких надежд, потому и был так шокирован ее признанием. Эдит сама себе придумала эту любовь. Можно ли винить в том Антона, упрекать его? Он видел, что Эдит рада его посещениям, ее отец умолял Антона не бросать их, приходить - и Антон приходил. Он искренне старался быть Эдит другом, скрасить ее существование, большего он в любом случае не мог - он же не врач. Но разве это мало? Разве честно от него требовать, чтобы он любил Эдит как женщину, если он на это не способен, только потому, что ей так захотелось? И эту злосчастную надежду на исцеление не столько Антон дал, сколько отец сам ее себе внушил, буквально вынуждая Антона произносить те слова, которые ему хотелось услышать.

15 минут назад, Пума Марковна сказал:

И кроме того, он чётко видит, что более всего Антона пугает то, как он будет выглядеть  в глазах своих товарищей. 

Ну, что делать... Это жизнь Антона, это круг, в котором он вращается. Все его будущее, карьера в том числе зависят от сословных предрассудков.

16 минут назад, Пума Марковна сказал:

А вот это уже малодушие. И просит Кондор от Антона одного - подождать восемь дней.

Пока восемь дней. 

Цитата

— Да… но потом?

— Пока не будем думать об этом. Когда я удаляю опухоль, то не спрашиваю, не появится ли она вновь через несколько месяцев.

Абсолютно уверена, что и потом было бы то же самое: вы должны... вы не имеете права... Эдит постаралась донести до всех: если она не получит любовь Антона - жить она не будет. То есть она, конечно, заявила, что она претендует на его любовь только если выздоровеет, если нет - она сведет счеты с жизнью. Выздороветь бы она не смогла, как мы понимаем, следовательно, как только стало бы это понятно, все снова насели бы на Антона - ты должен... иначе бедная девочка умрет... Антона уже сделали рабом его неосмотрительного сострадания. Если бы это было не так - к чему было торопиться с обручением, с кольцом? Почему было не дождаться выздоровления, на которое они рассчитывали? Нет, они этим кольцом позаботились его заранее по рукам и ногам связать.

  • Like 1
  • Upvote 1

Share this post


Link to post
Share on other sites
19 часов назад, bibi сказал:

Да не давал он ей никаких надежд, потому и был так шокирован ее признанием.

Как это - не давал? Не он ли рассказал о новом чудодейственном методе, который непременно излечит Эдит? Хотя это было явным преувеличением, и Кондор просил Антона не говорить Кекешфальвам об этом методе раньше, чем он получит ответ от автора метода.

Но Антон опять "добренький", мало того, что рассказал, так ещё и преувеличить не преминул. Именно - подарил ложную надежду на выздоровление.

Учитывая прочие факторы - уединённая жизнь больной, когда рядом лишь отец, кузина да прислуга, романтический возраст, когда сердцу хочется любить, появление молодого офицера, его ежедневные визиты, ласковое обращение, весёлость, интерес - прямой путь к влюблённости девушки в этого офицера, а вкупе с твёрдым уверением в скором выздоровлении - вот она, надежда на взаимность.

Share this post


Link to post
Share on other sites
2 часа назад, Лось Анджелес сказал:

Не он ли рассказал о новом чудодейственном методе, который непременно излечит Эдит? Хотя это было явным преувеличением,

Ну, я как бы, как читала, так и поняла, что в ту минуту Антону просто было необходимо успокоить человека. Старого и больного. Который был на грани сердечного приступа. А вот зачем Кекешфальва далее преувеличил, аж разбудил ночью дочь и сказал, что этот метод точно ее излечит? Метод, про который Кондор сказал, что написал для получения подробностей, Антон сказал, что Кондор ждет подробностей, отец никаких подробностей и не ждал и не запомнил этот нюанс. Эдит встретила Антона сразу вопросом: "Что же это за метод?" Ну вот как-то совсем странно, для семьи, которая уже много лет ведет борьбу с заболеванием. Могу ошибаться, конечно, но уже столько они всего испробовали и с минимальными улучшениям, а так сразу нарисовали себе воздушных замков и требуют подробностей от человека, который "передатчик" и в медицине ни ухом, ни рылом.

  • Like 1
  • Upvote 1

Share this post


Link to post
Share on other sites

Я бы винила Антона исключительно в его слабости и тщеславии. Не мог он не видеть к чему идёт, 25 лет мужику, не мальчик уже. 

Ну а всё остальное - там семья за любую соломинку хваталась. Смириться с неизбежным не хотят, вот и строят воздушные замки. Мне доктора в этой ситуации тоже жалко. Попробуй работать, когда от тебя ждут только немедленного чуда. Причём на грани постоянных истерик  с обеих сторон.

А вот всё-таки - как же она сумела встать и пройти эти несколько шагов?

Цитата

Она шла, раскачиваясь, словно лодка в бурю, но все-таки шла, впервые шла, без костылей, без посторонней помощи — усилие воли каким-то чудом вдохнуло жизнь в ее мертвые ноги. Ни один врач так и не сумел мне потом объяснить, как смогла скованная параличом девушка один-единственный раз вырвать свои бессильные ноги из мертвого оцепенения, а я не берусь описать этого, потому что все мы, словно завороженные, глядели в ее горящие глаза; даже Илона забыла, что надо охранять Эдит, и не пошла за ней

Вот что сила воли делает....

Share this post


Link to post
Share on other sites
20 минут назад, Пума Марковна сказал:

Я бы винила Антона исключительно в его слабости и тщеславии. Не мог он не видеть к чему идёт, 25 лет мужику, не мальчик уже. 

Слабость - да, тщеславие - не соглашусь. Опять напоминаю: бОльшую часть жизни герой провел в военном учреждении, после выпуска из которого остался в "системе", где отношения несколько другие, чем у гражданских. Где "я пришел в гости" означает "я пришел в гости". И даже есть подробное описание почему именно он так повадился туда ходить: после казармы окунуться в непринужденную домашнюю атмосферу. Пожрать нормально. Да еще изысканно. По идее, Антон был очень наивен в тонкостях общения между людьми вне муштры. С женщинами (несмотря на его признание, что у него их было много, но, пардон, это было для интима, давайте смотреть правде в глаза) он также не мог улавливать некоторые "звоночки". Потому что до этого все было проще - есть гарнизон, в гарнизоне модистка Матильда, ей брошку, она - поцелуи при луне. Он уехал в другой гарнизон - месяц писем и потом у Матильды другой улан, у улана - другие брошки. Огромных чувств у Антона не было никогда и ни к кому. И его не любили. То есть, если физический интерес он мог уловить по женскому поведению, то глубокие чувства - нет. Только когда ему сказали об этом прямо. Вернее, принудили увидеть. Да и молода она для него была. Он и смотрел на нее, как на девочку, а не как на женщину.

Больше всего меня удивила Илона, которая это точно все видела, но не намекнула Антону, и никак не смогла сгладить этот порыв у Эдит. Домысливать почему не хочу, так как Цвейг, выдвинув ее сначала несколько на передние позиции, к концу книги совсем ее задвинул.

 

20 минут назад, Пума Марковна сказал:

Ну а всё остальное - там семья за любую соломинку хваталась. Смириться с неизбежным не хотят, вот и строят воздушные замки.

Я сделала оговорку, что могу ошибаться в поведении отца. Могу. Даже при том, что он весь такой бизнесмен, у которого в крови уже впитано, что верить на слово чаще всего не стоит. Что лучше уточнить информацию у того же доктора утром. Но, почему-то именно отец сразу поверил в непроверенную невнятную информацию и ночью же вывалил это на свою больную дочь. Отец не мог предполагать, что если это Антон не так все понял, то удар для дочери может быть страшен?

Edited by Ирго

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!

Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.

Sign In Now
Sign in to follow this  

×